Вторник, 30.05.2017, 02:05
Остаться в Живых
Сайт сериала
 
Приветствую Вас, Безбилетный пассажир
7 сезон | Главная страница | Музыка Online | Регистрация | Вход
LOST магазин
Чат
Спойлеры и ссылки на другие сайты в чате запрещены

Чтобы писать в чате, нужно стать Своим - FAQ
Статистика

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования

Заработай на своем сайте

Rambler's Top100





"Без маски" - Форум

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Poisoned, PoMarKa 
Форум » Фан Раздел » Фан Фикшн » "Без маски" (джейт, миди (закончен); AU; драма; PG-13)
"Без маски"
Derek Дата: Среда, 23.09.2009, 20:48 | Сообщение # 1
Знает все тайны Острова
Группа: Свои
Сообщений: 2267
Репутация: 415
Замечания: 0%
Статус: Offline

Название: Без маски (сиквелл фанфика Riooky «Маска», разрешение на продолжение получено)
Автор: Derekl
Рейтинг:
PG-13
Пейринг: джейт
Категория AU, драма.
Правовая оговорка: Джек, Кейт, Хёрли и Марк Сильверман принадлежат создателям сериала Лост. Никаких преднамеренных нарушений, никакой материальной выгоды. Ничего не получаем, кроме глубокого морального удовлетворения.))
Краткое содержание предыдущей «серии»: Потеряшки уезжают с Острова. Им запрещено говорить об Острове, искать Остров, запрещено общаться друг с другом… однако, Джек ищет пути к возвращению, и видимо, подходит к этому достаточно близко. Тогда ОНИ, инсценировав самоубийство Джека, запирают его в психиатрической клинике, где целенаправленно сводят с ума. Но кто-то помогает Кейт найти эту клинику, и она организует похищение. Джек и Кейт снова вместе. Но тот ли это Джек, которого она любила?..
Предупреждение: мелодрама из мелодрам!!! Дневник болезни. Беспомощный Джек и Кейт – нянька.

* * *
Дорога была почти пустынной и прямой, как туго натянутая струна, а ветер с пустыни уже нёс ночную прохладу. Блестящий начищенный четвертак, так непохожий на солнце Острова, то исчезал за красноватыми скалами, то снова выпрыгивал навстречу юркому маленькому автомобильчику, покидавшему Вегас.
Неказистая, но надёжная машинка оказалась легкой на ходу и достаточно быстрой, чтобы Кейт, совсем недавно впервые подписавшая документы на аренду именем Кэтрин Шепард, могла получить удовольствие ещё и от вождения и, ощутив прилив абсолютной, ничем не замутнённой радости, увериться в том, что все было сделано правильно.
Бегло взглянув на место пассажира, Кейт улыбнулась – Джек спал, привалившись щекой к боковому стеклу, рискуя прибыть к месту ночлега с синяком на пол - лица.
Не отрывая взгляда от дороги, она легонько потормошила его за плечо:
- Проснись, соня! Ты же любишь смотреть на закат. Посмотри, как красиво…
Джек сонно завозился на сиденье, пытаясь выпрямиться – затёкшие мышцы не слушались.
- Ты не замёрз? – ласково спросила Кейт и уже по привычке сделала паузу, чтобы выслушать ответ, который уже так же привычно не прозвучал. – Надо было надеть рубашку с длинными рукавами - ночью в пустыне холодно...
Сбросив скорость, она потянулась, чтобы потрогать его руки. Они были тёплыми, но Кейт всё-таки свернула на обочину и отыскала в одном из беспорядочно разбросанных на заднем сиденье карт и бумажных пакетов тёмно-синюю джинсовую куртку.
- Давай-ка, оденемся, - скомандовала она, открывая дверь с его стороны и отстёгивая ремень безопасности. – Вылезай, сидя неудобно. Куртку купила без примерки, и если она тебе мала – я просто перестану тебя кормить, так и знай.
Джек послушно выбрался из машины и, неловко повернувшись, просунул руку в подставленный рукав.
Лицо его осталось неподвижным, а взгляд не отразил её улыбки.
Кейт вздохнула, и с ловкостью, рождённой в ходе наблюдений за Клер, одевающей Аарона и ежедневных двухмесячных упражнений, продела в рукав вторую руку и, расправив куртку на его широких плечах, удовлетворённо кивнула:
- В самый раз. Красавец… В туалет не хочешь? Нет? А попить?
Джек молча взял у неё бутылку с водой и, отвернув крышечку, сделал несколько глотков.
Кейт никак не могла привыкнуть к тому, какими неуклюжими стали его пальцы - те самые, которые когда-то могли ловко и быстро завязать узелок на нити тоньше человеческого волоса... Она могла только надеяться, что ловкость и быстрота когда-нибудь вернутся к нему, и всей душой желала этого. Но даже если бы этого не произошло, она, наверное, не сильно бы расстроилась – лишь бы он когда-нибудь снова заговорил. Лишь бы улыбнулся. Лишь бы она могла точно знать, что он всегда её слышит и понимает…
- Садись, поедем, - сказала она, мягко подталкивая его к машине. – Скоро совсем стемнеет. Нужно быстрее добраться до какого-нибудь мотеля. Я бы пустила тебя за руль, но твои права просрочены…
На секунду Кейт показалось, что его губы дрогнули, словно он хотел что-то сказать или усмехнуться, но это была всего лишь игра света и тени – так обманываться ей было уже не впервой.
Джек сел в машину и безропотно позволил ей застегнуть на себе ремень. Его взгляд по-прежнему был устремлён куда-то мимо неё. В пространство…

Мотель Рино Вест, куда они прибыли за полчаса до полуночи, оказался вполне приличным для заведения, стоящего практически в чистом поле, так как несколько одноэтажных зданий, окружающих его, трудно было назвать населённым пунктом.
По старой привычке Кейт припарковала машину так, чтобы из окон офиса нельзя было рассмотреть ни номеров, ни оставшегося в салоне пассажира. Ей очень хотелось верить, что ОНИ решили, что поиски Джека, доведённого различными нейролептиками - антидепрессантами и психологическими экспериментами почти до состояния кататонии, не стоит свеч, но Кейт не могла быть уверенной ни в чём. В любой момент её снова могли объявить в розыск, приписав к длинному перечню злодеяний похищение больного беспомощного человека, махинации с его кредитными картами, а теперь, ко всему прочему, ещё и брачную аферу…
Кейт поправила макияж, наклонив к себе зеркало дальнего вида, и перевязала волосы весёлым цветастым платком.
- Посиди в машине, я возьму ключ и вернусь за тобой, - сказала она, разыскивая на заднем сиденье сумочку. – Уж поскольку я с сегодняшнего дня твоя миссис, снимем номер для молодожёнов, если здесь такой есть. Знаешь, было бы забавно, если бы тут оказалась кровать в виде сердечка и зеркало на потолке...
Чмокнув Джека в щёку, Кейт опустила кнопку блокиратора на его двери и, выйдя из машины, заперла свою. Конечно, эта мера предосторожности выглядела смешной, но она боялась даже на минуту оставить Джека одного. До сих пор её мучили сны, в которых Джек бесследно исчезал или снова и снова умирал, истекая кровью у неё на руках. Его правая рука, изрезанная шрамами, не давала забыть об этом.
Правая рука.
Она должна была сразу догадаться, что Джек, не будучи левшой, пытаясь покончить с собой, скорее, вскрыл бы вены на левой, и уж конечно, как хирург, сделал бы это более точно и умело, не оставив времени для реанимации. Кейт это не пришло в голову тогда… И даже Его появление не насторожило её. Она была не в себе от ужаса и боли. На это и был расчёт. ОНИ не хотели убивать но, тем, не менее, наверное, не стали бы сильно жалеть, если бы Джек умер.
Что сделают с ними теперь, если поймают? Что сделают с ним?
Кейт боялась даже думать об этом.
Нацепив на лицо томно-беспечное выражение, она толкнула входную дверь. За регистрационной стойкой в тесноватом, но чистом холле скучающе перелистывал журнал мужчина средних лет в массивных несколько старомодных очках. Увидев её, он слегка оживился, видимо, настроившись пофлиртовать с одинокой симпатичной постоялицей. Но, узнав из её легкомысленного щебета, что она - счастливая новобрачная, едет вместе с новоиспечённым мужем из Вегаса, где их обвенчал - подумать только – Элвис, «почти как настоящий», а её «милый–дорогой–уставший и немного перебравший на свадьбе Джеки» задремал в машине, рассыпался в сердечных поздравлениях и сам предложил лучший номер.
Кейт бодро написала в регистрационной книге, что сию уютную обитель почтили своим прибытием мистер и миссис Стивенс, вывела в графе «подпись» заглавную С с изящным росчерком, и прихватив ключ от номера, поспешила за «перебравшим мужем». Портье рванулся было за ней, видимо, желая предложить помощь с багажом и нетранспортабельным супругом но, увидев, какой крупный мужчина выбирается из маленькой Хонды, быстро сделал вид, что просто собирался покурить на крыльце, глядя на звёзды.
- Пойдём, сладенький, - проворковала Кейт, обхватив Джека за талию и увлекая к двери их номера. – Сейчас ляжем, отдохнём, поспим, а потом опять шурум-бурум… поедем к Хьюго, найдём Марка, повеселимся - выпьете, подерётесь…
Она надеялась, что Джек действительно выглядит подвыпившим гулякой, на полную катушку оторвавшимся на проводах холостой жизни, впрочем, было уже темно, и портье, даже при желании, мало что смог бы разглядеть.
Придержав Джека на пороге, Кейт нашарила на стене выключатель.
Кровать в номере оказалась обычная, но зеркало на потолке было. А еще были кричащие бордовые обои, картины с розовыми пузатенькими ангелочками и покрывала с узором «под леопарда».
- Чудненько, - усмехнулась Кейт. – Со вкусом у хозяев все в порядке… Располагайся, я принесу вещи…
Когда она нагруженная сумками и пакетами, снова ввалилась в номер, Джека не было в комнате. Новая куртка криво свисала со спинки стула. Кейт прислушалась и, уловив движение за дверью, спрятавшейся в дальнем углу, успокоилась. Свалив свою поклажу в кресло и повернув ключ в замке, она торопливо разулась, сбросила пиджак и джинсы и вошла в ванную.
Шумела вода, судя по тому, как быстро маленькая комнатка наполнялась паром, слишком горячая.
Джек стоял возле умывального столика и сосредоточенно сражался с пуговками рубашки. Они упрямо выскальзывали из его пальцев, не желая расстёгиваться. Джек не хмурился, не нервничал, не чертыхался, не посмеивался над своей неловкостью - просто спокойно и размеренно возвращался к непослушной пуговице снова и снова.
Он выглядел… почти нормально.
Почти.
Кто-нибудь другой, даже из тех, кто знал Джека на Острове, а значит, ближе, чем кто-либо ещё, мог бы и обмануться, решив, что он просто глубоко задумался над какой–нибудь сверхважной проблемой, и оттого не замечает ничего и никого вокруг себя. Но Кейт, уже привыкшая за эти два месяца ловить каждое его движение, каждый звук, каждый вздох, теперь не смогла бы обмануться, даже если бы захотела.
Прикрыв дверь с негромким, но нарочитым щелчком, чтобы Джек не испугался её внезапного появления у себя за спиной, Кейт подошла, обняла его сзади, глядя в зеркало и осторожно, но настойчиво перехватила из его рук очередную непокорную пуговку.
- Позволь мне…
Разделавшись с пуговицами, она предоставила Джеку самому освободиться от рубашки, и присела на корточки, чтобы помочь ему снять ботинки и брюки.
- Подожди, вода горячая, - предупредила она, поворачивая кран с холодной водой. – Вот теперь нормально. Давай, забирайся... Осторожно.
Намыливая плечи и спину Джека, она в очередной раз отметила, что тело его постепенно возвращается к своей прежней форме.
…В первые две недели после побега из клиники Джек был так слаб, что не мог даже встать с постели, а стакан с водой с трудом удерживал двумя руками. Теперь он достаточно окреп, чтобы самостоятельно передвигаться, мог сам поесть, даже одеться… Правда, все это он делал пугающе медленно и неловко, так что Кейт предпочитала помогать ему. После того, как однажды Джек упал в ванной, поскользнувшись или от слабости, и Кейт пришлось унимать кровь, хлещущую ручьём и зашивать рассечённую бровь, мыться самому она ему не позволяла.
- Повернись, - попросила она, коснувшись его локтя.
Джек шевельнул плечом, но просьбу выполнил не сразу, заставив Кейт пару минут смотреть на синеватые буквы татуировки и струйки воды, стекающие по ложбинке между лопатками. Перерывая его записные книжки, она так и не смогла найти имени человека, которому принадлежали эти инициалы… Зато нашла имя Марка Сильвермана, на полях возле зачёркнутого адреса которого быстрым почерком Джека было написано: «какого чёрта наш профи покопаться в мозгах забыл в этой Санта – Монике? Не забыть найти шринка поближе…»
Судя по этой надписи, доктор Сильверман был для Джека не просто шринком, но и другом. Такой вариант был бы идеальным. Она боялась вести Джека в клинику, где потребовали бы страховку и прочие личные данные. Обратившись к паре психиатров, ведущих частную практику, Кейт тоже не получила положительного результата. Один долго смотрел на Джека, щёлкал вокруг него пальцами, задавал вопросы, чтобы потом твёрдо поставить диагноз «овощ». Кейт швырнула деньги ему в лицо, и заявила, что овощ в этом кабинете один – старый хрен, который не видит ничего дальше своего носа. Второй возбужденно заходил кругами, заявил, что это очень интересный случай и предложил оставить Джека в его клинике для длительного медикаментозного лечения. Кейт почти услышала в его голове шелест купюр, уплаченных за таблетки, которые в лучшем случае просто не помогут, а скорее – ухудшат ситуацию. А ещё она почувствовала, как сжался Джек при словах «медикаментозное лечение». Она сдержанно поблагодарила и больше не пыталась обращаться в такие места.
Потом ей пришло в голову, что среди знакомых Джека могли быть врачи, которые отнеслись бы к тому, что с ним произошло, менее формально, и она выкрала из его квартиры несколько записных книжек и ежедневников.
Теперь Джек говорил с ней только так – неровными строчками, в которых прятались заметки о каких-то делах и воспоминаниях, адреса и номера телефонов, даты назначаемых встреч и дорогих ему событий, иногда забавные реплики или лаконично-карикатурные рисунки…
…Джек зажмурился и фыркнул, когда мыльная пена, которую она смывала с его макушки, потекла по лицу, и Кейт тут же вынырнула из своих печальных размышлений.
- Ой, прости, прости, - охнула она. – Дай, промою… Вот так. Посмотри на меня…
Он осторожно открыл глаза, смаргивая с ресниц мелкие капельки воды, и облизнул губы.
Кейт как никогда захотелось поцеловать его – не чмокнуть в щеку, лоб или уголок рта, а прижаться к нему, мокрому, всем телом, ощутить его тепло и силу, осторожно коснуться его губ, а потом предоставить всё ему…
Но ещё её как никогда сильно пугала мысль, что он не почувствует её, не ответит, поэтому Кейт только взъерошила его волосы, и, потянувшись, сдёрнула с крючка полотенце.
- Иди в постель… Я скоро приду.

Она плескалась под душем довольно долго и, выходя из ванной, была абсолютно уверена, что Джек уже спит, но он просто лежал на правой стороне кровати, устремив немигающий взгляд в зеркало на потолке.
- Выспался в дороге?.. – усмехнулась Кейт, доставая из сумочки ежедневник в солидном кожаном переплёте и забираясь под одеяло. – Тогда я пока не буду гасить свет, почитаю перед сном, если не возражаешь…
Взбив подушки и удобно на них устроившись, она невольно посмотрела на зеркальный потолок. Не сумев перехватить взгляд Джека, тихо вздохнула, опустила голову и чуть более поспешно, чем следовало бы, открыла лежащую на коленях книжку.
Несколько страниц были заполнены чёткими педантичными расписаниями дежурств и предположительными диагнозами какого–то Ридли, их Кейт пролистала, едва просмотрев, но следующая страничка приковала её внимание. На ней была крупно написана дата – 17 апреля, под ней несколькими уверенными штрихами был изображён курносый большеглазый профиль девушки с волосами, собранными в девичий хвостик. Более мелкие буковки сообщали, что это Сара и у неё день рождения. Остальные записи на странице спорили друг с другом о возможном подарке и изобиловали вопросительными знаками. В самом низу у обреза было написано – «Цветы. Не лилии, не розы ни в коем случае. Орхидеи. Какие-нибудь необычные, не фаленопсис».
Кейт уронила ежедневник на колени и еле слышно всхлипнула.
Если бы её спросили, почему она плачет, она бы не смогла объяснить связно. Но перед её глазами ясно предстала женщина, которую Джек когда-то хотел порадовать необычными цветами. А ей хотелось, чтобы цветы просто БЫЛИ. Подаренные Джеком. Любые.
Внезапно Джек придвинулся ближе к ней и молча прижался лбом к её плечу. У Кейт перехватило дыхание от этой незамысловатой ласки. Она замерла, боясь нечаянным движением нарушить тонкое, невесомое ощущение связи, возникшее между ними. Но этого было так мало…
Она уснула, не погасив свет, и так и не дождавшись от Джека ни единого слова.
…………………………………………………………………………………
- Кейт, а давно он… вот такой? - нерешительно спросил Херли, кивая в сторону Джека, сидящего на краю бассейна и с жутковатой мерной монотонностью покачивающего ногами над поверхностью воды.
По бирюзово–бликующей глади то и дело пробегала мелкая рябь, лёгкий ветерок приятно ласкал кожу и шевелил листву апельсиновых деревьев, окружавших бассейн и расставленные вокруг него шезлонги. Всё дышало покоем и безопасностью. Но поза Джека – его напряжённая спина и остановившийся взгляд, буравящий одну точку где-то на дне водяной чаши, не имели ничего общего с расслабленностью и беззаботностью.
- Два месяца… это только после клиники… За два месяца он ни одного слова не сказал…- эхом отозвалась Кейт. - А там, насколько я знаю, в последние дни перед тем, как мы его забрали, ему даже питание давали внутривенно, он вообще ни на что не реагировал.
- Я видел таких ребят в Санта – Розе... - пробормотал Хёрли. – Ни разу только не видел, чтобы у кого-то это прошло… А я-то, когда ты позвонила и сказала, что он болен, подумал, что у него, вроде как, просто депрессия или бессонница…Значит, Джек тоже был в таком месте…
- Он не просто был! - резко сказала Кейт. – Джек попал туда нормальным. Ему изрезали руки и отправили туда как самоубийцу. Накачивали лекарствами, чтобы лишить его разума и воли, превратили в собственную тень, которая даже на имя Джек не всегда отзывается. А для тех, кого волновало, где он, устроили фальшивые похороны! Ты не представляешь, каково это было – он ведь умер у меня на руках, Хёрли, он умер!.. Для меня уже только то чудо, что он со мной, что он вернулся… хотя бы так. Но… Хёрли, я не знаю, что бы он сам выбрал – умереть или стать вот таким, какой он сейчас…
Кейт опустила голову, судорожно стиснув в руках бокал, в котором расстроенно звякнули кубики льда.

Примерно час назад Кейт, вконец измотанная жарой и бесконечно убегающей из-под колёс машины пыльной дорогой, все-таки отыскала в сети незнакомых улиц и кварталов помпезное здание за высокой каменной оградой, увенчанной хрустальными фонарями – дом Хёрли. Динамик интеркома откликнулся на её робкое «Это Джек и Кейт» незнакомым чопорным голосом, но ворота открылись без промедления. И когда Кейт, не решаясь подрулить к самому входу, остановила их маленькую запылённую Хонду у огромной клумбы, в центре которой торчала аляповатая псевдоантичная статуя, хозяин дома уже сбегал им навстречу по мраморной лестнице, оглашая двор радостными воплями.
Кейт невольно улыбнулась, увидев, каким неподдельным детским восторгом охвачен их друг. Он почти не изменился с тех пор, как она видела его в последний раз – те же встрёпанные кудри, такая же бесформенная клетчатая рубашка, разве что новая, не выгоревшая под беспощадным солнцем Острова, то же круглое розовощёкое лицо – даже если он похудел или поправился, это было совсем не заметно…
Хёрли буквально вытащил Кейт из машины, сгрёб в душновато-мягкие объятия и закружил, защекотав ей ухо своим кудахтающим смехом.
- Кейт, Кейт… - радостно повторял он, словно убеждая себя в её реальности, пока она, смеясь, не взмолилась о пощаде.
- Хёрли, у меня голова закружилась!
Он отпустил её с явной неохотой и начал искать взглядом второй объект для выплеска своих бурных эмоций, и чем дольше искал, тем недоуменней становилось его лицо.
Джек даже не вышел из машины – просто сидел, опустив голову, не проявляя ни малейшего интереса ни к старому доброму знакомому, ни к роскоши его жилища. Всё его внимание было сосредоточено на полуобгрызенном яблоке, зажатом в левой руке.
- Джек? Чувак, что с тобой?.. – Хёрли заглянул в открытое окно. – Чувак, ты обиделся?.. На что?! Ты сам не звонил…
- Он не обиделся, - негромко сказала Кейт. - Я говорила тебе, что он нездоров. Он просто… Ты поймёшь. Позволь…
Она отстранила Хёрли и, открыв дверцу машины, забрала у Джека огрызок, не забыв вытереть его ладонь бумажным платочком, словно Джек был маленьким ребёнком.
- Не хочешь больше? Да, слишком сладкое, ты не очень любишь такие… Давай, милый, вылезай, устал ведь уже сидеть, спина болит, наверное…
- Он… вроде как… не помнит меня что ли? – выдохнул Хёрли, потрясённо глядя на Джека, неуверенно оглядывающегося вокруг, но упорно не желающего его замечать.
- Я не знаю…- еле слышно ответила Кейт, подхватывая Джека под локоть, пока тот не убрёл в неизвестном направлении. – Нам бы немного отдохнуть, освежиться. Я весь день за рулём, да и ему тяжело пришлось - столько времени сидеть неподвижно.
- Да, да, конечно… - спохватившись, забормотал Хёрли. – Скоро будет обед… Пока можно, вроде как, посидеть у бассейна, выпить…У нас много свободных комнат, вам лучше две или одну?..
- Одну, Хёрли, - устало улыбнулась Кейт. – Мы теперь друг без друга никуда…

-…я не знаю, что у него в голове. Ты спросил, помнит ли он тебя… Я не знаю, помнит ли он, что было, помнит ли тебя, помнит ли меня, помнит ли вообще – кто он сам… Он просто… не всегда одинаковый.
Кейт поставила стакан на лёгкий ажурный столик рядом с шезлонгом, наклонилась, окунув руку в воду, слегка брызнула на затылок и шею Джека и позвала его по имени. Он вздрогнул, но не обернулся.
- Видишь? Сегодня неплохой день - он реагирует на слова, на прикосновения… Но даже в такие дни он иногда делает то, что я прошу, а иногда словно не слышит, и я не знаю – то ли он не понял, то ли упрямится… Бывают дни, когда он словно в тумане, и я абсолютно уверена, что он не слышит и не понимает меня. Он будто уходит…
- Тяжело тебе, наверное… - Хёрли неловко засопел и опустил глаза, боясь встретиться с ней взглядом. – Я… имею в виду… тебе самой приходиться делать всё. Решать всё самой…
- Это всё ерунда, - Кейт усмехнулась и снова отпила из бокала. Коктейль был совсем не крепкий, но сегодня она почти ничего не ела, и голова у неё уже слегка кружилась. Помимо этого, ещё больше опьяняла её возможность немного ослабить контроль над ситуацией и просто поделиться переживаниями с кем-то, кто может, и не мог помочь, но мог просто посочувствовать и сказать пару ободряющих слов.
- Совсем не трудно решать, куда ехать, где остановиться, где поесть. Совсем не трудно заботиться о том, чтобы он был сыт и хорошо одет – ты сам знаешь, Джек не слишком придирчив… Немного труднее было разблокировать его кредитки, чтоб нам было на что жить хотя бы некоторое время, и, прямо скажем, совсем не просто было выйти за него замуж, поскольку он не мог сказать – «Я согласен» и поставить свою подпись под чёртовой кучей документов… Но и это на самом деле ерунда… Знаешь, что на самом деле трудно?
Хёрли молчал, понимая, что она скажет вне зависимости от того, хочет ли он это знать.
- Труднее всего… - Кейт подняла глаза вверх, то ли подбирая слова, то ли опасаясь, что выплеск чувств станет неконтролируемым и закончится слезами. – Труднее всего видеть его потухший взгляд. Знать, что он не засмеётся, если я ляпну какую-нибудь несуразицу, не нахмурится, если я сделаю что-то не так… Ей-богу, мне иногда кажется, я была бы рада, если бы он рассердился, закричал на меня - это было бы хоть какое-то выражение чувств… Потому что иногда я сомневаюсь в том, есть ли Джек в этом теле, или уже нет…
Последнюю фразу Кейт произнесла почти шёпотом, но ей быстро удалось справиться с собой – с опаской посмотрев на неё, Хёрли увидел, что взгляд её снова обрёл ясность и твёрдость.
- Надо надеяться на лучшее… - неловко промямлил он, и Кейт кивнула, соглашаясь с тем, что предлагала дежурная фраза утешения, которой с той или иной степенью сердечности её благословляли все, с кем ей доводилось говорить о своих тревогах.
Вдруг Джек резко дернул ногой, и одна из его теннисных туфель оказалась в воде.
- А это что было? – настороженно спросил Хёрли.
- Наверное, я слабо затянула шнурки, - пожала плечами Кейт. - Я достану... Мне все равно хотелось нырнуть. Ты не против?
Хёрли махнул рукой – «валяй», и Кейт, быстро освободившись от джинсов и кроссовок, юркой рыбкой почти без брызг вошла в воду. Хёрли восхищённо присвистнул, наблюдая за тем, как она быстрыми и мощными гребками обходит бассейн по периметру но, переведя взгляд на неподвижную фигуру Джека, посерьёзнел.
- Сдаётся мне, шнурки тут не при чём, друг…
Кейт глубоко вдохнула, и исчезла в бирюзовой толще воды, но быстро вынырнула. Подплыв к бортику, она положила выловленную туфлю рядом с Джеком и принялась распутывать шнурок на второй.
- Не хочешь поплавать? – с улыбкой спросила она, заглядывая ему лицо. – Давай, я тебя раздену? Или, может, просто джинсы подвернуть, ноги в воду опустишь? Ты перегреешься у меня сейчас, на самом солнышке глупая Кейт тебя посадила. Нагнись ко мне, я хоть волосы тебе намочу.
Но чтобы Джек наклонился, ей пришлось потянуть его за рубашку. Его лицо оказалось совсем близко, так, что Кейт могла слышать его дыхание, разглядеть каждую мелкую родинку на коже, заглянуть в глаза – тёмные и равнодушные. Она провела мокрой рукой по его затылку, вытерла бисеринки пота со лба. Джек только устало закрыл глаза и выпрямился, едва она отпустила его.
На мгновение ей вспомнился его тёплый взгляд, наполненный удивлением, запутавшиеся ремешки рюкзака, невинный трёп про татуировки перед первым походом в пещеры – всё это было где–то там, в другой жизни, будто сто лет назад. Там, где все было гораздо сложнее, но вместе с тем, и гораздо проще, потому что тогда они могли говорить друг с другом… но не говорили. А сейчас сказать можно было намного больше, но говорить могла только она одна…
- Кейт… по-моему он того… не хочет в воду, - несмело подал голос Хёрли. – Может, пойдём, лучше уже поедим?..

Обед в доме Хёрли оставил у Кейт ощущение неловкости и даже некоторого сюрреализма происходящего. Повар–китаец, подающий гамбургеры на посеребрённом блюде, преувеличенно сочувственные взгляды сеньоры Рейз и её странные сигналы в сторону забавно гримасничающего мужа, смущённое сопение Хёрли и Джек, упрямо сжавший губы и наотрез отказавшийся даже взять в руки ложку, хотя за весь день съел только три крекера и половинку яблока, вернули её в состояние усталости и раздражения. Презрев приличия, она сухо извинилась, встала и увела Джека из-за стола, не дождавшись десерта.
Кейт хотелось побыстрее приступить к делу – разыскать Марка Сильвермана и назначить ему встречу, в комнате её ждал увесистый телефонный справочник, в котором были обведены маркером координаты шести Марков Сильверманов, но уложить Джека спать голодным она не могла. Поэтому, когда Хёрли всё-таки вышел за ними из столовой, бормоча неловкие извинения за излишне пристальное к ним внимание его семьи, Кейт отмахнулась и перебила его вопросом о местоположении кухни. Хёрли повеселел, и через пару минут они, выпроводив супругов – китайцев отдохнуть, уже опустошали холодильник.
Усадив Джека за стол, Кейт приготовилась было, преодолевая молчаливое сопротивление, кормить его сама, но Джек спокойно взял из её рук тарелку с лазаньей и, как ни в чём ни бывало, начал есть.
- Отлично, - проворчала Кейт. – Спохватился…
- М-м… знаешь, Кейт, - промычал Хёрли, с трудом прожёвывая пончик. – Ты только не сердись… По-моему, ему не очень нравится быть твоим ребёнком…
- Извини? – Кейт чуть не выронила киви, с которого аккуратно срезала кожицу и возмущённо уставилась на Хёрли.
- Это ведь для него? – он кивнул на капающий соком фрукт в её руке. – А может… Джек хотел бы его взять и грызть прямо так?.. И его это напрягает?.. Я хочу сказать - ты водишь его за руку, поправляешь ему воротничок, вытираешь нос, режешь для него киви кружочками… Но он ведь не твой сын. Он же, вроде как… одним словом… это же Джек!
- Он не может без меня, - прошипела Кейт. – Я должна заботиться о нём!
- Я не спорю, - поднял руки Хёрли. – Наверное, ботинками на самом деле швыряется тело, в котором больше нет Джека…
Кейт поникла.
- Наверное, мне это нужно не меньше, чем ему. Мне так хочется все изменить, все вернуть… Сделать хоть что-то…
- А может… ему больше нужно не киви кружочками, а чтобы ты… просто знала, что он здесь? Правда, чувак?.. Он тут, просто… вроде как, не может выйти…
Джек отодвинул опустевшую тарелку и рассеянно посмотрел на Херли.
- Устал, - тихо сказала Кейт. – Мы сегодня очень рано встали, почти весь день ехали… На самом деле, не только, чтобы навестить тебя. Здесь, в Санта – Монике, работает его знакомый. Он психиатр... или психолог. Судя по записям Джека, они когда-то были очень хорошими друзьями. Я очень надеюсь, что мне, наконец, кто-нибудь скажет, насколько сильно он пострадал, и что я делаю не так…
Хёрли понимающе кивнул.
- Мама… предложила показать вам клинику Санта – Роза… ну, ту, где я был… Только я думаю, туда вам нельзя. ОНИ туда придут.
- ОНИ искали нас у тебя? – быстро спросила Кейт.
- Был, вроде как, звонок, - нехотя ответил Хёрли. – Я сказал, что давно о вас не слышал… Вот и всё. Проверять никто не пришёл.
Кейт тяжело вздохнула и, подвинувшись ближе к Джеку, взяла его за руку, изуродованную шрамами.
- Наверное, нам в любом случае не стоит здесь задерживаться. Как только мне удастся найти этого Сильвермана, мы уедем.
Хёрли насупился и пропыхтел себе под нос нечто невразумительное, из чего Кейт смогла понять, что хотя его и не приводит в восторг возможная опасность из-за их присутствия в доме, он готов рискнуть.
Тем не менее, Кейт твёрдо решила, что они проведут в доме семейства Рейз не больше трёх дней. Возможно, это было паранойей, но один урок она усвоила твёрдо – лучше паранойя, чем непростительное легкомыслие. У неё до сих пор замирало сердце при воспоминании о том, как они с Джеком покидали дом Клер…

Слежку, или то, что они с Клер сочли слежкой, Кейт заметила совершенно случайно: когда она вышла за покупками, препоручив подруге заботу о Джеке, недалеко от дома к ней подошёл симпатичный молодой человек и, начав разговор, в сущности, с вполне безобидной темы, стал выспрашивать про дома в этом районе, а потом про её родственников и соседей. При этом Кейт показалось, что он излишне пристально наблюдает за её реакцией на эти вопросы. Она не помнила, как ей удалось заговорить предполагаемому шпиону зубы, зато холодящий страх того, что их схватят, и за укрывательство Джека поплатятся Клер и Аарон, запечатлелся в её памяти, казалось, навеки.
Они с Джеком бежали тогда среди ночи – в темноту, в никуда… Позвонив Клер через несколько дней, Кейт с облегчением убедилась, что все в порядке, что никто не приходил, и возможно, «шпион» на самом деле просто хотел купить дом на этой же улице. Но повторения этой ситуации допускать она не собиралась.
А значит, нужно было быть втройне осторожными, особенно в разговорах со словоохотливой матерью Херли, и не терять времени понапрасну.
Поднявшись наверх, в отведённую им спальню, Кейт позволила Джеку раздеться самостоятельно. Хотя ей и очень хотелось ему помочь, она понимала, что где-то упрёки Хёрли справедливы - если Джек при полностью потерянной способности общаться и выражать эмоции, все же воспринимает происходящее более или менее адекватно, излишнее внимание к его ограниченным теперь возможностям, должно было казаться ему бесконечно унизительным.
Джек по обыкновению лёг на правую сторону кровати, закрыв лицо рукой от рассеянного вечернего света, пробивающегося сквозь неплотную штору, и очень скоро его дыхание стало глубоким и ровным. Убедившись, что он заснул, Кейт вооружилась справочником, записной книжкой Джека и телефоном, и удобно устроилась на своей половине кровати, приготовившись к долгим и осторожным переговорам.
До Марка Б. Сильвермана она не дозвонилась, и оставила на его автоответчике осторожную просьбу перезвонить, если до 2003 года он жил и работал психиатром в Лос-Анджелесе. Марк Джей Сильверман уехал из города на выходные, но это было неважно, потому что, как сообщила весьма недовольным голосом миссис Марк Джей Сильверман, психиатром её супруг никогда и нигде не работал. Марк Кей Сильверман оказался дребезжащим глуховатым старичком, с которым записи Джека вроде – «не забыть завалиться к Сильверману – клялся добыть билеты на финал», совсем никак не вязались, поэтому Кейт положила трубку, не дождавшись, пока старичок поймёт, чего она от него хочет.
С четвёртым Марком – Ти Сильверманом, её ждала удача: бодрый молодой голос ответил на её вопрос о Лос-Анжелесе утвердительно. Когда она сообщила, что узнала о нём от доктора Джека Шепарда, голос Марка заметно потеплел, и встретиться с ней «по профессиональному вопросу» он согласился не раздумывая. Записав адрес клиники и назначенное ей время, Кейт вздохнула с облегчением – половина дела казалась ей сделанной. Доктор Сильверман был найден, и что важно – отношение его к Джеку осталось прежним. Теперь можно было только надеяться, что Марк окажется достаточно компетентным, чтобы помочь им.
Она ещё немного полистала ежедневники Джека, отыскивая крупицы сведений о дружбе Джека и Марка. Их удалось найти не так много, но то, что она нашла, вызвало у неё улыбку. Забавно было представлять, как Джек и неизвестно как выглядящий Марк пьют пиво, кричат и топают ногами на бейсбольном матче. А потом она нашла и портрет Марка – встрёпанное карикатурно-тонконогое создание с тощей бородкой на треугольном лице смотрело на неё со страницы ежедневника, сдвинув брови и почёсывая в затылке в горестном недоумении. Видимо, Джек изобразил сей «шедевр», празднуя выигранное пари.
Глядя на картинку, Кейт некоторое время пыталась проиграть в воображении грядущую встречу с Марком, но потом почувствовала, что глаза слипаются, и решила присоединиться к мирно посапывающему во сне Джеку. «Пусть быстрее наступит завтра», - сказала она себе, забираясь под одеяло. – «И без сюрпризов».
Однако спокойной эта ночь для неё не стала. Равно как и для других обитателей этого гостеприимного, но слегка нелепого в своей роскоши дома.
Позолоченные стрелки огромных каминных часов в столовой едва миновали полуночный рубеж новых суток, когда сонную тишину тёмных комнат и коридоров жутковатым эхом рассёк надрывный крик Джека.

(Продолжение принесу чуть позже)


Целых 3 года Джек Шепард (M. D.) /Модератор ролевой


Сообщение отредактировал Derek - Среда, 23.09.2009, 20:51
 
Награды: 37  +
PoMarKa Дата: Среда, 23.09.2009, 21:20 | Сообщение # 2
окруженная пеплом
Модератор
Сообщений: 3025
Репутация: 7129
Статус: Offline

давай продолжение)))
Из всех истин
Любовь - наиболее уязвимая.
 
Награды: 596  +
Derek Дата: Среда, 23.09.2009, 21:32 | Сообщение # 3
Знает все тайны Острова
Группа: Свои
Сообщений: 2267
Репутация: 415
Замечания: 0%
Статус: Offline

Хёрли, чья спальня была ближе всего к комнате для гостей, выскочил в коридор второго этажа первым, затем раздались переполошённые голоса других домочадцев.
- Без паники, без паники, - повторял Хёрли, размахивая руками, разгоняя родных и прислугу, мечущихся по коридору подобно весьма шумному сонму укутанных в халаты и пижамы привидений. - Мы не горим! Нас не грабят!!! Просто плохой сон. Плохой сон!
Джек продолжал кричать – пронзительно и отчаянно, изредка задыхаясь и срываясь на громкие всхлипы. Подойдя к двери и прислушавшись, Хёрли с трудом разобрал сквозь его крики тихий успокаивающий голос Кейт.
Заглянув в комнату, слабо освещённую желтоватым светом ночника, он испуганно отпрянул.
В мягком полумраке слышались звуки борьбы и метались гигантские тени - казалось, творилось что-то страшное.
- Кейт? – нерешительно позвал он.
- Хёрли, помоги! Мне его не удержать… – сдавленно откликнулась она, а потом снова мягко зашептала. – Джек… Тише, милый, тише… ну пожалуйста… Всё хорошо, не надо кричать.
Решившись, Хёрли шагнул вперед, и осторожно, боком, стараясь держаться подальше от кровати, стал пробираться к столику со вторым ночником. Дополнительный источник света выхватил из темноты Кейт, крепко обхватившую Джека обеими руками. Его запрокинутая голова прижималась к её плечу, белая футболка была разорвана на груди и обильно испачкана кровью, текущей из носа.
Всё тело Джека было напряжено, словно к каждому мускулу подвели электроды с током высокого напряжения, он рвался из рук Кейт с такой силой, что Хёрли испугался за неё.
Он плюхнулся на кровать, прижимая ноги Джека всем своим весом, но Джек извернулся, как тугая пружина и, отпихивая толстяка от себя, сгреб железной хваткой рукав его халата, больно впившись пальцами в плечо.
- Кейт, сделай что-нибудь, - простонал Хёрли. – Он убьёт меня…
Он зажмурился, боясь взглянуть в тёмные глаза Джека, и ждал, что Кейт силой разожмёт его сведённые пальцы, ударит или встряхнёт его, чтобы привести, наконец, в чувство...
Но Кейт только сильнее сжала Джека в объятиях и… запела колыбельную.
Джек замолчал сразу, как только услышал незамысловатую мелодию детской песенки, выводимой её тихим мягким голосом прямо возле его уха. Рука, вцепившаяся в плечо Хёрли, обмякла, и только хриплое прерывистое дыхание и дрожь, пробегающая по его телу, ещё напоминали о пережитом им только что неведомом ужасе.
- Хотела, чтоб закричал на тебя – пожалуйста… - пробормотал Хёрли, открывая глаза. – Вроде как… для тебя все, что угодно… Может, в другой раз пожелаешь что-нибудь не такое страшное?
Кейт не ответила – она допела песенку о падающей звёздочке до конца, и на секунду замерла, готовая начать её сначала, боясь, что приступ возобновится. Но Джек притих, его дыхание постепенно успокаивалось, а беспокойно мечущийся взгляд стал немного более осмысленным.
- Пусти его, - шепнула Кейт. – Он в порядке...
Едва Хёрли, пыхтя и охая, сполз с кровати, Кейт отпустила плечи Джека и осторожно потянула вверх подол испачканной футболки. Он приподнялся, помогая ей снять её, и не отстранился, когда Кейт начала вытирать чистым краешком майки кровь с его лица.
- Вот и всё, - с ласковой улыбкой сказала она. – Давно нас кошмары не мучили. Я уже начала волноваться...
Джек виновато, как показалось Хёрли, вздохнул, повернулся и лёг на колени Кейт, обхватив её обеими руками. Она осторожно погладила его по голове и подняла наконец глаза на топтавшегося у кровати Хёрли.
- Представляешь, в этот раз я, кажется, даже услышала «Кейт, беги!»...
- Ну, тебя он точно звал… - согласился Хёрли, медленно отступая к двери. – Я же говорю – он тут, рядом, только надо… как-то достать его оттуда… где он есть… Это… Пойду я. Спокойной ночи.
Кейт прислушалась к удаляющимся шагам, размышляя над последними словами Херли. В ней боролись сомнения и надежда. Таких приступов у Джека не было с тех пор, как они преодолели его зависимость от лекарств. В то время она вынуждена была носить одежду с длинными рукавами, потому что с её рук не сходили синяки – он вцеплялся в неё, не понимая, что причиняет боль, так, словно не видел больше вокруг ничего прочного, ничего, способного удержать его разум тут, в реальном мире… И именно после таких припадков Джек был настолько погружён в себя, что не реагировал вообще ни на что. В один из таких дней Аарон проткнул ему ногу шариковой ручкой, но этого никто не заметил до тех пор, пока кровь буквально не начала хлюпать в его ботинке.
Но ни разу Кейт не приходило в голову, что Джеку в такой момент может быть нужно совсем не спокойствие, а дополнительная встряска.
Она стала разминать ему плечи и спину, сначала осторожно, потом все сильнее и сильнее, пока он не начал тихо постанывать от удовольствия. Когда Кейт прекратила массаж, Джек пошевелился, требуя продолжения приятной процедуры, но она только пощекотала его за ухом, словно кота, и убрала руки, ожидая его дальнейших действий.
Он потянулся и сел, глядя на неё, как Кейт надеялась - вопросительно. В тёплом мягком свете ночника его тело казалось бронзовым, а тёмные глаза просто завораживали глубиной.
- Ты у меня самый красивый, - искренне сказала Кейт. – Ты это знаешь?
Джек опустил голову, теряя контакт с её взглядом, и она поспешила напомнить ему о себе, обняв и нежно целуя его шею, потом легонько толкнула, опрокидывая на спину. Оказавшись под ней, он растерянно заморгал но, почувствовав вкрадчивые, но настойчивые прикосновения её губ к своему телу, очевидно, решил, что все идёт как надо. Скоро его возбуждённое дыхание стало вторить Кейт, а напряжённо комкавшие до сих пор простыню руки вдруг уверенно легли на её бедра и направили её туда, где она сама стремилась оказаться.
На поцелуи он отвечал с неиссякающим жаром, и сердце Кейт переполнилось торжеством – получилось! Она почувствовала, что тает в объятиях Джека, как расплавленный воск, и противиться этому ощущению у неё не было ни сил, ни желания. Последнее, что она запомнила, перед тем, как в изнеможении откинулась на подушку и отключилась, были его тёмные глаза, подёрнутые дымкой удовольствия.

Зыбкая граница сна и бодрствования задрожала и прогнулась, уступая настойчивому напору утра. Спальня тонула в солнечных лучах, они щекотали Кейт голую спину и то, что пониже, приглашая принять участие в новом дне.
Вспомнив, чем в итоге закончился день вчерашний, Кейт томно мурлыкнула, лениво поворачиваясь к тому месту, где гипотетически после всех ночных переживаний различной степени приятности, должен был все ещё спать абсолютно лишённый одежды Джек.
Её буквально подбросило, сметая остатки сна холодным, неконтролируемым страхом.
Джека не было.
Кейт съёжилась, подтягивая колени к груди, взгляд её отчаянно заметался по комнате, стараясь считать следы того, что произошло, пока она спала. Её собственные трусики и майка сиротливо валялись на полу. Покрытая бурыми пятнами футболка Джека, свёрнутая ею вчера в тугой узелок, лежала на прикроватном столике. На стуле, возле которого он вчера раздевался, не было ни трусов, ни носков, ни джинсов. Обувь тоже исчезла.
Сумка, в которой были вещи Джека, была открыта, из неё исчезла лежавшая сверху бледно – голубая тенниска, остальное было точно в том же порядке, в каком она уложила.
Первой мыслью было – миссис Рейз сдала их, Джека забрали…
Кейт лихорадочно начала одеваться, мысленно перебирая возможные варианты дальнейших действий: броситься в погоню, вытрясти информацию из глупой набожной пуэрториканской клуши, или сразу позвонить ЕМУ и пообещать всё, что угодно, только бы Джека оставили в покое. Последний способ был самым опасным, самым отвратительным, но, как ни жутко было Кейт снова попасть в зависимость от человека, который лгал с такой же лёгкостью, как дышал, ей, скорее всего, предстоял именно этот путь. Она не могла даже представить, как Джек вынесет новую серию издевательств над собой…
Облегчение, которое она испытала, сбежав вниз по лестнице и выскочив на просторную веранду, было ни с чем не сравнимо – Джек, Херли и мистер Рейз сидели на мягком диванчике в тени полосатого навеса и угощались чем-то прохладительным.
Хёрли что-то весело рассказывал, бурно жестикулируя и перемежая своё «и тут я ка-ак…» и «чувак, представь?!» взрывами громкого смеха, отец вторил ему столь же забавными кудахтающими смешками, а Джек, откинувшись на спинку диванчика, наблюдал за ними, прихлёбывая из стакана чай со льдом.
Кейт остановилась, вглядываясь в его лицо, пытаясь понять, какие изменения произошли в нём с прошедшей ночи. В ней с каждой секундой крепла уверенность, что вчерашний всплеск просто не мог пройти бесследно – раньше Джек ни за что бы не вышел из комнаты без неё, ни за что бы не стал искать в сумках рубашку. Может, сегодня – тот самый день, когда она услышит от Джека хотя бы слово или смех в ответ на шутку?.. Она была далека от мысли о том, что произошло полное и окончательное излечение, но отказывалась верить, что Джеку не стало лучше.
Не в силах терпеть, желая узнать, понять, увидеть, наконец, его улыбку, Кейт бросилась к нему. Только почти у самого диванчика ей удалось слегка замедлить шаги, но никак не удавалось смирить бешено бьющееся сердце.
- Привет, ребята! – весело сказала она. – Как настроение?..
Хёрли расплылся в улыбке, мистер Рейз добродушно пропыхтел «С добрым утром, милая!», отсалютовав ей стаканом с мохито, а Джек…
Кейт знала, каково это, когда сердце уходит в пятки, она не раз испытывала это, слыша за спиной тяжёлые шаги Уэйна, завывание полицейских сирен или скрежещущее поскуливание «охранной системы» Острова… но сейчас сердце не ушло в пятки, оно провалилось в бездонную пропасть. Джек поворачивал голову, казалось, целую вечность, и ещё до того, как его по-прежнему холодновато-отстранённый взгляд скользнул по ней, разбивая все надежды на мелкие осколки, она поняла каким-то шестым чувством – не помогло.
- Хорошо поспала? – заботливо спросил Хёрли. – Я рано утром, вроде как, услышал, что он по комнате бродит, ну… и забрал его сюда, чтобы он тебе не мешал…
Кейт прижала ладонь к губам, но это не помогло сдержать рвущийся наружу полувсхлип- полустон.
Ей вслед кричали что-то, но она не слышала слов - в висках стучало, где-то в груди что – то разрывалось от боли – она не знала, что, но ей было все равно. Кейт не видела, куда несут её ноги, и только оказавшись в ванной, которая была ближайшей к их с Джеком комнате, смогла отпустить судорожно прижатую ко рту руку. Она открыла воду, так, чтобы она шумела сильнее, но совсем не для того, чтобы плеск заглушил её рыдания. Кейт было все равно, что её услышат, просто хотелось, чтобы её все оставили в покое, просто исчезли. Никакие утешения не смогли бы помочь...
Из-за шума воды, Кейт не услышала, как Джек вошёл, лишь подняв глаза, увидела его отражение в зеркале. Он стоял в дверях ванной немым напоминанием о том, чем всегда обращались в этой жизни её благие намерения.
- Уйди! – простонала она. – Ради Бога, уйди, не могу видеть тебя! Убирайся!!!
Джек шагнул навстречу, но она оттолкнула его, оставив на светлой рубашке два отчетливых мокрых отпечатка ладоней. Он с трудом удержал равновесие, но ей, наверное, было бы сейчас все равно, упади он и расшиби себе голову – вряд ли ему было бы больнее, чем ей…
Кейт шагнула в ванну и задёрнула за собой блестящую зелёную штору, клянясь себе, что если Джек сунется сюда, она по-настоящему его ударит…
Она не знала, сколько времени ей потребовалось, чтобы выплакаться до полного опустошения, но сколько бы это ни было, больше её никто не беспокоил.
На полу возле ванны растоптанным сердечком лежал смятый цветочек гибискуса.

--------------------------------------------------------------------
Выбираясь из своего «убежища», Кейт не заметила цветка под ногами, не взглянула даже мельком в зеркало, и так прекрасно зная, что опухшее от слёз лицо выглядит просто ужасно – ей нужно было выяснить, куда убрёл Джек, и как на него подействовала и подействовала ли вообще, её внезапная вспышка.
Её предположение, что он сидит прямо на полу где-то неподалёку от ванной, оказалось неверным. Не нашла она его ни в спальне, ни на веранде, где продолжали беседовать, впрочем, уже гораздо менее шумно, Хёрли и его отец.
- Ты как?.. – Хёрли неловко привстал, увидев её заплаканное лицо. – Мы так испугались…
- Где Джек? – тихо спросила Кейт. – Я… ничего. Всё уже в порядке. Где он?
- Он… - Хёрли, как ей показалось, растерянно переглянулся с отцом и опустил глаза. – Там, на заднем дворе...
- Один? – отрывисто спросила Кейт. – Господи, Хёрли… Там есть выход на улицу?
- Там ворота, но они заперты, - торопливо ответил Хёрли. – Не волнуйся, он не уйдёт. Просто… когда он спустился сюда, сразу в ту сторону пошёл… нам показалось… вроде как, он хотел один побыть. Мы подумали, ничего страшного, если он там посидит у бассейна…
- У бассейна… - медленно повторила Кейт.
Буквально через секунду, Херли, охая и чертыхаясь стал выбираться из-за стола, пытаясь догнать её, а уже отнюдь не слегка захмелевший мистер Рейз озадаченно вперился взглядом в то место, где только что стояла их расстроенная гостья.
Один… Два…
Дом Хёрли был таким большим…
Кейт перепрыгнула через перила веранды, а потом через невысокий декоративный заборчик, ломая нежные кустики неизвестной породы, усыпанные розовыми цветочками, и пересекла лужайку, сбивая пузатых декоративных гномиков.
Три… Четыре…
Она повернула за угол. Пушистая персидская кошка с негодующим визгом шарахнулась в сторону, спасаясь от неё. Закачалась, едва не снесённая арка, увитая виноградом.
Сердце сдавило ужасом.
Пять…
На дне овальной голубой чаши темнела неясная тень.
Кейт не стала терять времени – упругая водяная плёнка ударила, прогнулась, прорвалась, в ушах зашумела, застучала кровь, во рту появился металлический привкус – не то от растворённых в воде антисептиков, не то от страха…
Тело Джека было очень тяжёлым даже в воде, а когда Кейт, уже почти отчаявшись, все-таки сумела вытолкнуть его на поверхность, чуть не захлебнулась сама, снова погрузившись с головой под его весом.
«Давай же, давай!» - мысленно повторяла она, сама не зная, кого подгоняет, кого упрекает и кого просит о помощи.
Запыхавшийся и перепуганный Хёрли бестолково размахивал руками и что-то кричал где-то там, на краю бассейна, до которого было, как казалось Кейт, почти так же далеко, как до оставшегося где-то там, за горизонтом, Острова.
Острова, на котором отлично умевший плавать Джек когда-то спас тонувшего Буна…
Стараясь не поддаваться панике, Кейт собрала последние силы и, извернувшись и перехватив Джека под мышки, дотянулась до поверхности.
Лёгкие уже начало жечь, в носу щипало, неподъёмная ноша тянула вниз, заманчивая со стороны голубая чаша превращалась для них в смертельную ловушку, затягивая, проглатывая их, не желая отпускать…. А в сознании билось одно – Джек не дышал гораздо дольше, чем она… Скорее, скорее!
Подплыв к бортику, Кейт ухватилась за опоясывающий бассейн у поверхности воды поручень и со стоном попыталась втащить Джека наверх. Видя, что ей уже не хватает сил, Хёрли подоспел на помощь, схватив вольного или невольного утопленника за ремень и рубашку.
Кейт сама не помнила, как оказалась на коленях над телом, безжизненно распростёртым на огибающей бассейн дорожке, как прижалась ухом к груди Джека, пытаясь уловить сердцебиение, как рванула воротник его рубашки и припала к его губам, делясь с ним дыханием…
- О, нет, Джек… что же это… не надо, пожалуйста… – плачущим голосом бормотал Хёрли где-то в параллельном мире, словно эхо её собственного неслышного стона.
Секунды убегали в бешеном темпе. Один выдох, проталкивающий воздух сквозь разомкнутые губы, два, три…
Сколько их, таких выдохов, сделал Джек, спасая Чарли?..
Тогда Кейт просила его остановиться... а теперь она знала, что он чувствовал. Каждая убегающая секунда падала, больно ударяя, словно водяная капля китайской пытки, отодвигая, отбрасывая её всё дальше и дальше от Джека, и теперь Кейт понимала, что не остановится, пока её не оторвут силой от безнадёжно мёртвого тела.
Однако, хотя Кейт было совершенно не известно, чего хотел разум Джека, его сильное здоровое тело хотело жить. Джек вдруг дёрнулся в её руках, захрипел, закашлялся, выталкивая воду из лёгких. С громким вздохом облегчения Кейт выпрямилась, помогла ему повернуться набок, придерживая за плечи, и с каким–то отстранённым удивлением наблюдая за болезненными судорогами, которыми сопровождалось его возвращение. Но когда Хёрли, пыхтя и всхлипывая, опустился на дорожку рядом с ними и, заглядывая Джеку в лицо, спросил: «Как же это ты… чувак?...», её снова заколотило в ознобе.
- Я тоже хотела бы знать…. – ломким срывающимся голосом выдохнула она, прижимая трясущиеся руки к груди.
Откашлявшись, Джек попытался сесть, но руки и ноги не слушались его, и на это потребовалось несколько попыток. Увидев, что мутноватый взгляд его покрасневших глаз постоянно уходит куда-то в сторону, Кейт ухватила его за рубашку и хорошенько тряхнула:
- Ты упал?.. Или прыгнул?.. Отвечай мне! ГОВОРИ!
Голова Джека мотнулась безвольно, как у брошенной марионетки, которую треплет за веревочки глупый дворовый пёс, его губы беззвучно шевельнулись. Произнести удалось только слабое подобие её имени, но Кейт всхлипнула, прижимая его к себе, гладя его плечи и спину, повторяя снова и снова, что если ещё раз он заставит её пережить нечто подобное, она реанимирует его только для того, чтобы убить собственноручно, что сделать её вдовой на третьи сутки брака было бы с его стороны по меньшей мере бессовестно, и что она любит его, каким бы глупым он ни был…

- … я так и не знаю, поскользнулся он или пытался покончить с собой, - тихо сказала Кейт, стараясь не смотреть на Марка. – У него есть свежие синяки на ногах, на спине… и разбит локоть… что, вроде бы, говорит о том, что он упал в бассейн случайно. Но… синяков у него теперь всегда много. Он часто натыкается на разные вещи… словно ему все равно, или… он как бы испытывает себя на прочность… Не знаю… С другой стороны – вчера он сидел у бассейна, смотрел в воду, бог знает, о чём думал… да ещё вполне мог слышать то, что я говорила нашему другу в приступе пьяной откровенности. Идиотка… Меня так раздражает, когда на него смотрят как на нечто неодушевлённое, но сама я иногда делаю то же самое. И это ужасно…
- Значит, первым делом нам следует выяснить, нет ли необратимых органических изменений в мозге и сохранен ли интеллект, - мягко сказал Марк, успокаивающе касаясь её руки и внимательно глядя в сторону Джека, который сидел у стола и рассеянно и, вроде бы, беспорядочно чирикал карандашом на листе бумаги. - Сейчас я договорюсь, чтобы нам предоставили томограф и все остальное для первого, ну а второе - уже задача для меня.
- Он не говорит… - тихо напомнила Кейт. – Написать, судя по всему, тоже не может. Я просила его, давала ему ручку… получались только каракули. И теперь он просто отказывается пробовать. Один психиатр, который пытался его обследовать, показывал ему какие-то картинки… А Джек… Он просто не реагировал на них. Смотрел в сторону…
- Что же… - немного помедлив, сказал Марк. – Значит, картинки были не те… А мы просто покажем ему те, что нужно. Правда, старина?..
Он поднялся с небольшого кожаного диванчика, который заменял в его кабинете традиционную кушетку, подошёл к Джеку и взял листок из-под его руки.
Его скуластое веснушчатое лицо расплылось в улыбке.
- Похоже, все не так плохо, как кажется, - весело сказал он, хлопнув Джека по плечу, и повернул рисунок так, чтобы Кейт могла его увидеть. – Нетвёрдо, но вполне узнаваемо. Вы явно больше нравитесь ему с более простой причёской, миссис Шепард!

Марк Сильверман оказался удивительно похож на ту самую карикатуру в блокноте Джека – войдя в его кабинет и увидев клочковато – встрепанную шевелюру морковного цвета, треугольное худое лицо с незагорающей бледной кожей, белесые незаметные брови и ресницы и тонкие нервные губы, Кейт едва не рассмеялась. Карикатура оказалась почти реалистичным портретом. Однако ещё больше Марк стал похож на свою горестно изумлённую карандашную копию, когда Кейт представилась ему своей новой фамилией, и за руку ввела в кабинет пациента, с безразличием ожидавшего, когда она вернётся за ним, на кресле в приёмной…
Марк шагнул было навстречу, намереваясь поприветствовать Джека в классической манере «встреча лучших друзей после долгой разлуки» - объятиями, похлопываниями и радостными возгласами, но остановился как вкопанный, едва повнимательнее взглянул своему другу в лицо.
- Что с ним произошло? – потрясённо спросил он, вглядываясь в высокую неподвижную фигуру с опущенной головой, застывшую посреди его просторного кабинета – там, где Кейт отпустила его руку.
- Это… долгая история, - Кейт замялась, лихорадочно размышляя, какую версию полуправды можно поведать этому человеку, и как вместить в стандартные полчаса консультации целых полтора года жизни. Она много думала об этом в последние дни, но так и не пришла к единственному решению. Было понятно одно, что как ни крути, о том, почему Джека поместили в психиатрическую клинику, и как с ним сотворили то, последствия чего сейчас были столь пугающе очевидны, Сильверман обязательно спросит, и информацию нужно было выдать так, чтобы она помогла, а не навредила.
Марк испытующе посмотрел на неё, потом снова перевёл взгляд на Джека и медленно кивнул. Потом, словно очнувшись, подскочил к столу и, сделав Кейт знак – «Минуточку», ткнул в кнопку быстрого набора на телефонной трубке и не допускающим возражений тоном, достаточно странным в устах человека с такой забавной внешностью, приказал какой-то Марсии самой раздать «колёса» неврастеникам и ипохондрикам и забыть о его существовании, по меньшей мере, до очередной сезонной волны обострения шизофрении.
Положив трубку, он снова обошел стол кругом и, взяв Джека за руки, потянул его по направлению к окну – ближе к свету. Джек послушно зашагал следом за ним.
Кейт затаив дыхание, и с некоторой долей ревности следила за тем, как Марк всматривается в лицо Джека, щёлкает пальцами у него перед глазами, касается шрамов на его руке…
- Поверить не могу… - шепотом сказал Марк, поворачиваясь к ней. – И не могу представить, что должно было довести ЕГО до такого состояния. Давайте сюда вашу историю, миссис Шепард, какой бы долгой она не была. В последний раз мы виделись с Джеком шесть месяцев назад, когда я приезжал в ЛА повидать сестру. Он был подавлен, и было видно, что много пьёт, но на предложение о помощи он рассмеялся и послал меня к чёрту. Так что же случилось за эти полгода, помимо того, что мой друг, едва не поклявшийся после развода блюсти целибат, обзавёлся второй, весьма очаровательной женой, о чём я, кстати, тоже не знал?..
Кейт осторожно опустилась на край диванчика, словно опасаясь, что сейчас он растворится в воздухе, Марк виновато кивнул, вдруг вспомнив, что так и не предложил ей сесть, и снова подтолкнул её взглядом - «Ну, говорите же?..»
- Что вы знаете о катастрофе Оушеаника 815? – спросила Кейт. – Джек ничего не рассказывал вам ?.. Я имею в виду… отличающегося от официальной версии?..
- Ничего, - покачал головой Марк. – Он сразу дал понять, что не желает обсуждать со мной эту историю. Всегда говорил, что рассказывает о своих переживаниях, касающихся авиакатастрофы, и о том, в каком возрасте перестал сосать пустышку и мочиться в постель, только со своим шринком, которым я не являюсь с тех пор, как предпочёл смотреть бейсбольные матчи на стадионах Санта – Моники... Постойте. Это ведь вы?.. Вы тоже были там? Точно! Я видел вас на фото…
- Да… - Кейт опустила глаза. – Дело в том, что… есть информация, которую нельзя разглашать… Засекреченная. Касающаяся погибших. Мы все подписали соглашение... Ну, вы понимаете – с авиакомпанией и спецслужбами. А Джек не хотел молчать. И… на него начали давить…
- Узнаю старину Джека… - Марк устало улыбнулся и подвинул ближе к Джеку кресло из-за стола. – Чем больше на него давят, тем крепче он упирается. Садись, дружище… Похоже, ты опять огрёб больше, чем смог унести, и снова из-за своего правдолюбия…
- Да, что-то вроде этого, - эхом отозвалась Кейт. – Я не знаю подробностей, знаю одно – он пробыл несколько недель в клинике, которой нет ни в одном справочнике. Что там с ним делали – я не знаю. Было много следов от уколов, и, видимо, много таблеток… Я думала, что ему станет лучше, когда он выйдет из больницы, но… лекарств не стало, а Джек по-прежнему молчит.
К её горлу подкатил ком. Вглядываясь в лицо Марка, Кейт никак не могла понять, насколько серьёзно он оценивает ситуацию. Возможно, это было профессиональное – внимание, интерес, и полное, как ей казалось отсутствие беспокойства, а может быть, и что-то иное… Какой-то противный голосок у неё внутри как-то исподволь нашёптывал ей, что это вполне может оказаться ловушкой, что это не тот Марк, или даже если и тот – он ничего не сможет сделать, и личная заинтересованность в конечном итоге ничего не решит, что она слишком много надежд возлагала на человека, о котором знала только одно – Джек любил ходить с ним на бейсбол…
- Видимо, помимо медикаментозного, было и другое воздействие, - задумчиво протянул Марк. – И именно оно и было основным. Нейролептики только подавляли сопротивление и усиливали эффект. Судя по тому, КАК умеет сопротивляться Джек, дозами его глушили лошадиными. Представляю, какой была ломка… Думаю, вы пережили не меньший кошмар, чем он.
Он подошёл и сел рядом с ней, на таком расстоянии, чтобы она могла видеть его лицо, но достаточно далеко, чтобы она могла избежать нежеланного прикосновения. Его глаза оказались светло – зелёными, и взгляд их был полон ненаигранного участия.
- Пожалуйста, расскажите поподробнее, - попросил Марк. – Как он реагирует на то, что происходит вокруг него? Есть ли что-либо, что способно вывести его из такого статичного состояния? Я понимаю, что вам тяжело и страшно, и то, что я со своей стороны могу обещать только то, что сделаю для него все, что смогу, прозвучит для вас не слишком обнадёживающе. Тем не менее, давайте, попробуем…
Кейт рассказала всё, начиная с момента, когда увидела Джека в клинике, прикованным к инвалидному креслу, с трясущимися руками, неспособным оказать ни малейшего сопротивления санитару, заталкивающему ему в рот таблетки, и до утреннего происшествия в доме Хёрли.
Марк слушал, не перебивая, иногда делал быстрые записи в блокноте, и несколько раз молча приносил ей стакан воды или подавал коробку с салфетками.
- У меня есть некоторые предположения насчёт того, что с ним могли сделать, - задумчиво сказал он. – Сейчас выясним, насколько они верны… Подождите минутку, я сейчас вернусь.
Марк вышел из кабинета, мягко прикрыв за собой дверь.
Кейт прислушалась. Из коридора не доносилось ни малейшего шума. Притихший было червячок сомнения вновь заворочался в глубине её сознания.
Подойдя к окну, она не увидела там ничего подозрительного - ни слоняющихся туда – сюда пешеходов, ни машин, с неизвестно чего ожидающими людьми, но вцепившийся в неё страх набирал обороты.
- Вот что, милый, пойдём-ка отсюда, - скомандовала Кейт, схватила со стола рисунок Джека и, сложив его пополам, затолкала в сумочку. Подхватив Джека под локоть, она потянула его, давая понять, что ему нужно встать и идти за ней, но против её ожидания он не двинулся с места.
- Джек, сейчас не время, - с досадой выпалила Кейт. – Нам надо спешить. Вставай же!
Она попыталась поднять Джека за шиворот куртки, потом под мышки, но он обратил на её усилия не больше внимания, чем на муравья, ползущего по воротнику.
- Ну, давай же, Джек!
Кейт наклонилась над столом, перехватывая взгляд Джека, коснулась ладонью его щеки, и изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал ровно, сказала:
- Я понимаю, что Марк твой друг, и ты не хочешь уходить. Но мне кажется, здесь опасно. Ты же не хочешь снова оказаться ТАМ?.. Пойдём. Пожалуйста.
Джек мотнул головой и упрямо набычился, уставившись в матовую поверхность стола.
Послышались шаги, и Кейт торопливо выпрямилась, ожидая самого худшего.
- Я принёс картинки, - весело сказал Марк, демонстрируя большой конверт из плотной сероватой бумаги. – Как хорошо, что у нас не специализированная психиатрическая клиника, иначе пришлось бы ехать за ними на другой конец города. Ну-ка, дружище, взгляни сюда.
Из конверта появились два рентгеновских снимка. Марк помахал ими у Джека перед носом, а потом, пройдя мимо Кейт, прижал их к оконному стеклу, чтобы рассмотреть их на просвет.
- Сейчас доктор Шепард нам скажет, которому из пациентов показана срочная операция.
Джек бросил беглый взгляд на два тёмных прямоугольника с неясными переплетениями рёбер и узловатыми позвонками, показавшиеся Кейт абсолютно одинаковыми, и неловко выбравшись из кресла и подойдя к Марку, взял из его рук один снимок и бросил на стол.
- Бинго! – торжествующе улыбнулся Марк.

Сидя в приёмной и по десятому разу просматривая какой-то невнятно – пёстрый глянцевый журнал, Кейт никак не могла сосредоточиться ни на одном заголовке, ни на одной фотографии. Воодушевившись тем, что пациент чётко продемонстрировал некоторую сохранность интеллекта, Марк немедленно захотел испытать на нём погружение в состояние гипноза, надеясь, что Джека удастся «разговорить», вернув в прошлое.
- Попробуем отправить его… к тому моменту, когда на него начали оказывать воздействие. Если сможет рассказать, что с ним делали – сможем понять, как обратить процесс! – Марк был настроен до того оптимистично, что Кейт, этим утром поклявшаяся самой себе не ждать многого и сразу, невольно заразилась его энтузиазмом. Хотя осторожные опасения в том, что гипнотическое воздействие может только ухудшить положение, все-таки высказала:
- Иногда он будто проваливается – перестаёт реагировать совсем. Что, если что-то пойдёт не так, и он останется в этом состоянии?..
- Постараемся этого не допустить, - серьёзно пообещал ей Марк, доставая миниатюрный диктофон из ящика стола. – В моей практике срывов с этой методикой не случалось. В худшем случае, все останется так, как есть.
Так же мягко, но настойчиво, он предложил ей покинуть кабинет на время сеанса, сославшись на правило «только пациент-доктор, родственники потом» и на то, что в случае успеха Джеку будет легче рассказать что-то неприятное, если её рядом не будет.
Скрепя сердце, Кейт согласилась, хотя оставлять Джека наедине с неизвестными воспоминаниями и человеком, который хоть и был Джеку другом, но не знал почти ничего ни об Острове, ни о том, что произошло с ними после триумфального возвращения, ей совсем не хотелось. Пристально посмотрев на выжидающе замершего у стола Марка, Кейт подошла к Джеку, меланхолично вращающему на поверхности стола рентгеновский снимок, и взяла его за руки.
- Сейчас я выйду, - тихо сказала она. – Ты останешься с Марком. Он попробует погрузить тебя в транс. Ты этого хочешь? Тебе не страшно?.. Если не хочешь, чтобы он делал это, сожми мою руку.
Джек дернулся, на мгновение встретившись с ней глазами, но потом его взгляд снова ускользнул в сторону. Руки остались неподвижными.
- Если хочешь, чтобы я вышла, сожми мою руку, - прошептала Кейт, очень надеясь, что Джек захочет, чтобы она осталась рядом с ним, или просто снова не отреагирует на её просьбу, но его пальцы дрогнули, легко, но отчётливо обозначая пожатие.
По коже Кейт пробежала дрожь – до сих пор у неё ни разу не получалось добиться от Джека осмысленной реакции, ответа на какой-то вопрос, а на протяжении последнего часа он продемонстрировал это дважды, что уже не могло быть случайностью… Или могло?.. Или это дрожали её собственные руки – от страха, от напряжения, от желания не утратить надежду?..
- Хорошо, - вздохнула Кейт. – Я выйду…
- Давайте, посадим его на диванчик,- предложил Марк. – Так будет удобнее.
Свободно откинувшись на высокую кожаную спинку, Джек вытянул ноги и закрыл глаза. Лицо его не изменило выражения, но Кейт увидела, как он вцепился в подлокотник побелевшими от напряжения пальцами.
- Если… - Кейт не знала, как сформулировать то, что хочет сказать, как описать возможную неприятность – почти как Джек когда-то, в первые дни их знакомства, когда она уходила в лес, а он не мог пойти с ней. – Если что-то пойдёт не так… что угодно… Зовите меня.
- Само собой, - кивнул Марк.
И вот теперь она сидела в приёмной и, затаив дыхание, смотрела, как медленно описывает круги секундная стрелка на больших настенных часах. Каждый раз, когда она подходила к двенадцати, раздавался еле слышный щелчок, и Кейт почему-то казалось, что она вот-вот проснётся от завывания сигнала, требующего того самого проклятого десятизначного кода, и в бункер войдёт Джек в вылинявшей зелёной футболке и со своим любимым рюкзаком и спокойно скажет – «Я пришёл тебя сменить».
Из кабинета не доносилось ни малейшего шелеста – звукоизоляция была очень хорошей, и Кейт не удалось ничего услышать, даже прижавшись ухом к двери.
Она пыталась отвлечься от мыслей о том, что происходит сейчас за этой дверью, но тихое мерное щёлканье часов очень скоро стало просто сводить с ума. И вот, когда она уже, наплевав на все условия и правила, хотела ворваться в кабинет, из-за двери раздался крик Марка:
- Кэтрин!
Влетев в комнату, она ахнула – Джек сидел на полу, съёжившись и отталкивая от себя руки Марка, который неумело пытался вытереть текущую из его носа кровь бумажной салфеткой. Кейт без особых церемоний отстранила растерянного Сильвермана и, обняв Джека за плечи, осторожно прижала платочек к его лицу.
- У вас есть лёд? Принесите, - отрывисто скомандовала она. – Господи, Джек… ну сегодня и денёк у тебя…
Джек невнятно застонал, и она отняла салфетку от его носа. Кровь тоненьким ручейком побежала по подбородку, и Кейт поспешно заставила его запрокинуть голову и расстегнула воротник рубашки
- Боль…но… - с запинкой выговорил он. – Я не…
По его телу пробежала судорога, и он замолчал.
Кейт чуть не вскрикнула от радости, услышав его голос, сильнее стиснула его в объятиях, целуя его испачканное кровью лицо, и в первые секунды смысл того, что сказал Джек, ускользнул от неё. Два месяца она могла слышать только его бессвязное бормотание и абсолютно лишённые смысла крики во сне, и даже полтора слова уже казались ей неслыханно щедрым подарком…
Потом, словно очнувшись, она испуганно переспросила:
- Больно?.. Джек, где больно?
Он попытался сказать что-то ещё, но в ту же секунду скорчился, обхватив голову руками.
- Не надо, не надо, - торопливо зашептала Кейт. – Молчи, не надо… Тихо… Всё… Не надо торопиться… Не можешь – не надо…
Вернулся Сильверман с пакетом льда, и они вдвоём помогли Джеку подняться с пола и лечь на диванчик.
Осторожно прикладывая кусочки льда к его переносице и вискам, Кейт с волнением обратилась к Марку:
- Ну, как?.. Он что-то смог рассказать?..
Марк тяжело вздохнул, взъерошив свои и без того взлохмаченные волосы, присел на край дивана рядом с Джеком и положил ладонь на его лоб.
- Сейчас ты отдохнёшь, Джек, - тихо сказал он. – Закроешь глаза и уснёшь. Проснёшься, когда я позову тебя смотреть бейсбол. Ты будешь чувствовать себя хорошо, и голова перестанет болеть...
Джек медленно смежил веки, и Кейт ощутила, как обмякло его тело. Расслабленная рука соскользнула с его груди и безвольно повисла, почти касаясь пола.
- Пусть спит, - вполголоса сказал Марк, бережно возвращая руку Джека на место. – Пойдёмте, Кэтрин, поговорим.
Он прошёл за свой стол и уселся за него, нерешительно вертя в руках диктофон. Апломба и веселья в нём заметно поубавилось, и Кейт показалось, что, отгородившись от неё столом, Сильверман пытается взять себя в руки.
Убедившись, что кровотечение прекратилось, и лёд больше не нужен, она бросила полурастаявший кубик обратно в пакет, поднялась с пола и присела рядом с Джеком, упрямо игнорируя указанное Марком кресло, стоящее напротив него. Если Сильверману нужна была опора в виде стола, то ей просто необходимо было касаться Джека, чтобы иметь силы выслушать то, что Марку так страшно было ей сказать.

(продолжение следует)))


Целых 3 года Джек Шепард (M. D.) /Модератор ролевой


Сообщение отредактировал Derek - Среда, 23.09.2009, 21:35
 
Награды: 37  +
koral Дата: Четверг, 24.09.2009, 23:59 | Сообщение # 4
mountain lily
Игрок Ролевой
Сообщений: 2815
Репутация: 619
Замечания: 0%
Статус: Offline

Derek, стиль, язык, сюжет великолепны. тут даже говорить нечего,но меня шокировал такой Джек, это же не Джек, это его тень. Ужаснее ничего для такого человека как он нельзя было и придумать. Я может не фанатка Джека, отношусь к нему ровно, но как я хочу, чтобы в конце твоего фика, он снова стал прежним - спасителем, защитником, лидером. Это первое и самое яркое впечатление. Вторым естественно является Хьюго. Обычно он оживляет любую ситуацию, но здесь его веселость, только приводит на контрасте с Джеком к еще большему унынию. Хотя я согласна со многим из того, что он говорит.
Джульет Берк, Джин Квон в ролевой

Jess - мамочка! Installgrave - сестричка!
 
Награды: 53  +
Derek Дата: Пятница, 25.09.2009, 00:06 | Сообщение # 5
Знает все тайны Острова
Группа: Свои
Сообщений: 2267
Репутация: 415
Замечания: 0%
Статус: Offline

koral, спасибо большое!!! oops
======================================

Он не стал говорить – просто щёлкнул кнопкой диктофона.
«Ну, что, дружище, - удивительно чисто, практически без посторонних технических шорохов зазвучал из маленького динамика бодрый голос Марка. – Провернём старый трюк? Да-да, я помню, как ты разозлился, когда я вытянул, отчего ты всегда после матчей уходил из душевых последним, и для свиданий с кем все-таки покупала презервативы Рэйчел Рамирес… Да-а… Ты мне чуть голову не оторвал тогда. Я знаю, ты сказал, что никогда больше не позволишь, но… сам наверняка понимаешь, что другого выхода нет. Расслабься и смотри сюда. Сейчас ты вернёшься на два месяца назад…»
Кейт смущённо улыбнулась, опустив глаза и коснувшись колена Джека, но тотчас же снова сосредоточилась на записи.
Тихо прошелестел вздох Джека, потом раздались неясные шорохи, заскрипела кожаная обивка.
«Скажи мне, что ты видишь, - спокойно, но отчётливо приказал голос Марка. – Кто рядом с тобой? Что он делает?»
Дыхание Джека стало тяжёлым и учащённым, шуршание обивки стало отчётливее - словно он заёрзал на диване ещё сильнее, пытаясь отстраниться от кого-то или чего-то.
«Кто рядом с тобой? – раздельно повторил Марк. – Что он делает?»
Джек жалобно всхлипнул и прошептал:
«Нет… не… Это нельзя…»
Кейт почти физически чувствовала, как тяжело даётся ему каждое слово, с каким напряжением выталкивает он каждый слог, как больно ему быть запертым внутри себя и не иметь возможности сказать просто – «Я здесь! Я тебя слышу!»
«Что нельзя, Джек? – взволнованно спросил Марк. – Это блок?.. Блок? Как блокировали?! Словесным кодом или по-другому? КАК?!!»
«Нет… нет… Не могу…» - последнее слово Джека утонуло в хриплом стоне, потом послышалась какая-то возня, глухой удар и вскрик Марка «О, Господи!»…
Сильверман выключил диктофон и печально посмотрел на Кейт.
- Это всё, что он смог сказать.
- Что это значит? – потерянно пробормотала она. – То… что с ним… это обратимо?
- Попробую объяснить… - Марк пристально уставился на свои сцепленные руки. – Мы имеем дело с блоком. Поставленным намеренно. Очень жестко и грамотно. Я о возможностях такого блокирования только слышал. Очень часто бывает, что из-за физических повреждений или психологической травмы происходит блокировка какой – либо функции мозга. Но чтобы были целенаправленно блокированы сразу несколько функций? Причём, некоторые у него отняты полностью, некоторые частично, и все сделано именно так, чтобы практически свести к нулю возможность снятия этого блока не тем человеком, который его поставил...
Слова Марка гулким эхом отдавались в мозгу Кейт, мешаясь с шумом крови в ушах, как при глубоком погружении. Вернуть прежнего Джека ей могли только те самые люди, которые отняли его у неё... но как можно было придти к людям, которые мучили его, резали, пичкали таблетками, лишили возможности нормально общаться с окружающим миром?.. Ответа не было.
- Представьте себе клетку, - между тем продолжал Марк.
Кейт вздрогнула и бросила быстрый взгляд на Джека. Он спокойно спал, склонив голову к правому плечу и слегка посапывая, и не слышал их разговора.
- … он заперт. Что делает человек, запертый в замкнутом пространстве? Кричит, зовёт на помощь, трясёт прутья клетки, бьётся в запертую дверь, разбивает себе руки, бросается всем телом, падает, теряет силы...
- Давайте, без красочных параллелей, - жёстко сказала Кейт. – Что вы хотите этим сказать?
- То, что он постоянно пытается вырваться оттуда, где заперт. Но это причиняет ему боль и может вызвать ухудшение состояния. Вы говорили, что иногда он не слышит, не реагирует… Это как раз тот случай. Попытка сломать клетку «с наскока» рано или поздно может привести к кровоизлиянию в мозг… и - к смерти.
Голос Марка упал.
Кейт задрожала, в отчаянии ухватившись обеими руками за Джека, словно его отнимали у неё уже сейчас, и всё показалось уже совсем не важным – пусть он молчит, пусть не улыбается, пусть с трудом застёгивает пуговицы – пусть только будет с ней!
- Вариантов благоприятного исхода есть два…
- Какие? – в отчаянной попытке зацепиться даже за самую призрачную надежду, за самую малую тень этой надежды, спросила Кейт.
- Найти ключ от клетки. Это тот самый код, наложенный «автором» блокировки. Но... это может быть что угодно – фраза, зрительный образ, звук… Действительно, что угодно. Можно попытаться «расшатать» саму клетку… Ничто не вечно, и возможно, блок имеет временные рамки – год, два, пять…
- Десять… пятнадцать… - горько продолжила Кейт.
Марк опустил глаза.
- Если это так, то со временем стены клетки будут все прозрачнее… - пробормотал он. - Функции мозга постепенно будут восстанавливаться - сначала простые, потом более сложные, вроде речи и эмоций… надо только помогать. Разговаривать, прикасаться... окружить тем, что он любил и ценил… Любит и ценит. Это стимулирует… Я попробую раздобыть информацию о подобном типе воздействия на психику. Может, всё не так плохо, как кажется. Как мне вас найти, если я узнаю что-то?
- Я сама буду вам звонить, - рассеянно сказала Кейт, нащупывая под ногами брошенную и позабытую сумку. – Мы ещё не совсем обосновались в городе. Разбудите Джека. Мы пойдём, наверное… Возьмёте оплату наличными?..

Три дня - те самые три дня в доме Хёрли, что Кейт обещала себе, прошли как в тумане. Пора было уезжать, но она не знала, куда податься, что делать? Нужно было где-то найти тихий спокойный угол, где можно было бы просто жить… и ждать. Ждать неизвестно чего. Новостей, а может быть, просто чуда, хотя в чудеса она уже давно перестала верить. Может быть, того момента, когда у них закончатся деньги, которые она сняла со счетов Джека, и когда ей придётся как-то добыть очередную сумму и бежать снова…
Кейт словно застыла, замёрзла, и Хёрли, однажды испуганно сказал ей – «Кейт… вы становитесь похожими друг на друга… так нельзя…»
Джек больше не пытался говорить, кошмары ему тоже, к счастью, не снились. О том, что происходит в его голове, Кейт старалась не думать, но волей-неволей напрягалась, стоило ему вздрогнуть во сне или потереть виски.
Хёрли иногда сменял её на дежурстве около Джека, иногда его брала «под крыло» синьора Рейз, для которой Джек был просто идеальным собеседником – тихим и терпеливым. Время текло спокойно, создавая обманчивое ощущение того, что неприятность может придти только со стороны джековой болезни. Однако это не могло продолжаться долго – и закончилось в один момент со звонком Марка, прервавшего сонный семейный ужин.
- Кэтрин… ваш номер остался на моём автоответчике, - панически забился в трубке его голос. – Ко мне сейчас приходили какие-то люди… искали вас. Вам нужно бежать. Немедленно!

Добавлено (25.09.2009, 00:05)
---------------------------------------------
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Деревья на обочине дороги слились в сплошную зелёную ленту – не из-за скорости – Кейт была намного осторожнее, чем когда-либо, а от застилающих глаза слёз. Наверное, было бы правильно остановить машину, выйти из неё, отойти на несколько метров с дороги в глубину лесополосы, в бессилии рухнуть на землю и кричать, кричать, кричать - не сдерживаясь, наплевав на то, что брошенная на этом участке дороги машина с распахнутой дверью может привлечь ненужное внимание… Наплевав, что кто-то может услышать, какими словами она беспощадно хлещет свою трусость и слабость.
Просто выплеснуть всё, что наболело, как она уже не раз делала, спрятавшись от Джека, придти в себя … А потом развернуть машину и ехать назад.
«Но кто бы справился, кто бы смог?» – в который раз спрашивала она себя. – «Кого не раздавило бы сознание того, что ВСЁ, о чём мечталось, формально сбылось, но совсем не так, как представлялось?..»
И она упрямо гнала машину вперёд, зная, что снова выбрала бегство, только на этот раз оно будет вечным. Бегство не от НИХ, не от полиции. Не от Джека. А от горького вкуса самого страшного в своей жизни предательства, самого тяжёлого выбора.
Кейт вошла в пустой дом – тот самый, который они сняли почти год назад, спешно покинув Санта-Монику. Здесь, в маленьком городишке на побережье, где новые лица не были редкостью, но любой человек, попытавшийся осесть, но не проживший здесь пятнадцати лет, считался чужаком, и зачастую, вместо имени имел характерное прозвище, используемое за глаза и снисходительное «дружище» или «дорогая» в лицо, им даже не было нужды скрывать свои имена.
Дом, который им помогал оплачивать Хёрли, был немногим больше сооружений с трейлерных стоянок – две комнаты, кухня и ванная, однако, комфорт обеспечивал значительно больший, чем палатка и несколько пледов с «Оушеаника», а значит, им с Джеком этого было вполне достаточно.
Она распахнула платяной шкаф в спальне, быстро вытряхнула оттуда свои немногочисленные вещи, стараясь не смотреть на отглаженные её руками и аккуратно расправленные на плечиках рубашки Джека, которые словно смотрели на неё с молчаливым укором – «Как же так, Кейт? ГДЕ ты бросила его? Как ты могла?..»
- Я… не смогла бы уехать, если бы он был здесь. Его найдёт кто-нибудь… Привезёт домой, – пробормотала Кейт, а внутренний голос не замедлил спросить – «А если нет?», а воображение нарисовало одинокую фигуру, сидящую на скамейке в наваливающихся сумерках опустевшего парка.
«И что потом?» - неумолимо добавил голос.
- Он… он… в пятницу приедет Хёрли. Он найдёт кого-нибудь… Кто присмотрит за Джеком. Они с Клер будут его навещать.
«Сама-то веришь?» – презрительно спросил голос.
Кейт упрямо стиснула зубы и захлопнула шкаф. Сумки лежали в стенном шкафу-каморке на кухне, и, полная решимости не возвращаться в спальню, в которой кроме вещей Джека остались воспоминания о дурных и хороших снах, надеждах и беспокойстве, тысяче слез, украдкой пролитых в подушку, нежных прикосновениях к его телу и занятиях любовью, она сгребла свою одежду в охапку и, не оглядываясь, вышла из комнаты.
Кухня была залита солнечным светом. Везде было чисто, в холодильнике был ужин, который она приготовила перед их «прогулкой», и запас продуктов на несколько дней.
Руки Джека хоть до сих пор и не обрели былой ловкости, но некоторый прогресс был очевиден: он уже вполне справлялся сам с простой работой по дому – не ронял посуду, мог с первого раза набрать нужную программу на микроволновке, сделать салат или бутерброд, не порезавшись, но Кейт все равно стало нехорошо, когда она представила его одного на этой кухне…
«Прости…» - в тысячный раз прошептала она, и шагнула в полумрак чуланчика.
За десять месяцев оседлой жизни лишнего барахла они не накопили, и поэтому в этот шкаф Кейт практически не заглядывала. Самая большая сумка – единственная, которую она решила взять с собой, стояла на верхней полке, дотянуться до которой Кейт могла только встав на цыпочки, и когда она, ухватившись за нижний край, потянула сумку на себя, раздался непонятный шорох. Кейт едва успела увернуться от падающего предмета.
Это оказалась одна из записных книжек Джека.
Кейт выронила сумку и присела, гипнотизируя взглядом блокнот в потёртом кожаном переплёте.
Она не прятала его сюда.
Внимательно всмотревшись, Кейт обнаружила на полу у самой стены засохшее пятнышко крови, размером с десятицентовик. Розоватые разводы на светлой шершавой плитке говорили о том, что пятен было много, просто остальные Джек вытер, а этого не заметил.
Кейт протянула руку к записной книжке но, наверное, несколько минут не могла заставить себя открыть её. Она чувствовала себя глупо – как героиня из фильма ужасов, нашедшая таинственную и страшную книгу мёртвых, как ревнивая жена, обнаружившая в кармане мужа письмо, написанное женским почерком, и не решающаяся его прочесть, как…
- Дура, - сердито пробормотала Кейт, и открыла книжку.
Треть её, насколько она помнила, была заполнена быстрым размашистым почерком ТОГО, доостровного Джека, которого волновали чьи-то снимки и остеобластомы, проблемы с отцом, питчеры и квотербеки бейсбольных команд, вопрос, где провести очередной отпуск, чтобы Сара осталась довольна, опять проблемы с отцом… Кейт знала содержание этого блокнота почти наизусть.
Вернее, думала, что знала. Потому что теперь книга была исписана полностью.
Кейт начала перелистывать страницы, чувствуя, как волнами подкатывает к сердцу леденящий холод, щёки же наоборот начало жечь нестерпимым жаром – она не знала, она не замечала, она не чувствовала… Сколько времени Джек проводил тут, скорчившись в узеньком пространстве, освещаемом слабой лампочкой, вычерчивая кривые срывающиеся каракули, в которых невозможно было опознать ни букв, ни цифр, и размазывая кровавые кляксы по страницам блокнота?.. Как пришёл от неудачных попыток написать слово к детским упражнениям – рисункам и штриховке? Что он чувствовал, раз за разом повторяя штрихи, крючки, петли, ритмичные цепочки геометрических фигур и рисуя среди бурых комет – клякс её профиль?..
Когда Джек приходил сюда - когда она уходила за покупками, когда плескалась в ванной, когда спала?..
На последних страницах его рука стала ощутимо увереннее, он снова попытался писать слова… и пятен крови на этих страницах было столько, что почти не оставалось белого пространства.
Она могла найти его мёртвым однажды утром.
Кейт почти увидела это – вот она просыпается утром, вот обнаруживает, что его нет рядом, обходит весь дом, зовёт его, выходит во дворик и, не обнаружив Джека и там, выбегает на улицу, дотошно расспрашивая недоумевающих соседок, не видели ли они её мужа… а потом, устав от поисков и поверив, что он выходил и вернулся, входит в дом через кухонную дверь и обнаруживает полоску света, просачивающуюся из-под двери кухонного чуланчика. Она почти увидела его остекленевший, теперь уже совсем неподвижный взгляд, судорожно сжатые в последнем усилии уцепиться за жизнь руки, стиснувшие дешёвую авторучку…
Дрожащими пальцами Кейт перевернула последнюю страницу блокнота, и едва написанные Джеком слова коснулись её сознания, она выронила книжку и закричала.
Обратно Кейт ехала гораздо быстрее. Она не плакала.

Сколько раз в своей жизни женщине приходится проходить через напряжённые минуты ожидания ответа - да или нет, когда сердце перепуганным комочком подпрыгивает у самого горла – неважно, чего именно она ждёт, важно то, что проступивший или не проступивший на индикаторной бумаге крестик станет либо источником великой радости, либо погрузит в пучину отчаяния?
Сколько женщин плачут от ужаса над тестом на беременность, который после десятков уже привычных и ожидаемых минусов вдруг выдаёт когда-то столь желанный крестик именно тогда, когда сама жизнь уже успешно убедила в том, что бездетность в её ситуации и есть плюс?..
Скольким женщинам выпадает выбор – ребёнок или любимый?..
Беда была в том, что Кейт знала одну женщину, которой выпал такой выбор, но это её участи не облегчило. Ей было ещё труднее, ещё больнее – любимый был отцом ребёнка, он был неспособен сознательно причинить ему вред, он имел право быть рядом с этим ребёнком…
Кейт колебалась, колебалась до последнего момента, пытаясь представить себе все возможные варианты развития событий, но практически все они приводили к неутешительному выводу – она не справится с уходом за практически беспомощным Джеком, ещё более беспомощным младенцем, добыванием средств к существованию и постоянной угрозой преследования…
Сегодня, уезжая с Джеком «развеяться», она не знала, сможет ли его оставить, или снова отложит решение на завтра, но случилось нечто, подтолкнувшее её к этому, и сейчас она проклинала ни в чём не повинную молодую семью, расположившуюся на пикник недалеко от их скамейки. Что бы им стоило демонстрировать своё счастье где-то в другом месте, там, где она не могла бы видеть, как неуклюже ковыляет едва научившаяся ходить девочка, как смеётся мужчина над её отважной попыткой перебраться через его колени, поближе к корзинке для пикника?.. Словно под гипнозом, Кейт встала со скамейки, коснулась плеча Джека, равнодушно глядящего куда-то вдаль, сдавленно сказала: «Милый, побудь здесь, я скоро…» и, не оглядываясь, пошла к машине. Почти побежала…
Ей не хотелось знать, смотрит ли Джек ей вслед.
А сейчас, когда за окном вновь мелькала зелёная лента, она только об этом и думала – посмотрел ли он?..
Записная книжка, где все фразы, написанные Джеком, начинались с её имени, лежала рядом с ней на пустом сиденье.

Добавлено (25.09.2009, 00:06)
---------------------------------------------
Небо хмурилось, точно предчувствовало беду, пахло надвигающейся грозой, поднимающийся ветер швырял в воздух облака пыли, прогоняя из парка отдыхающих. Навстречу Кейт попалась и встревоженная молодая семья с корзинкой для пикников, и запыхавшаяся старушка с собачкой, и повизгивающие в предвкушении бури мальчишки со скейтбордами…
Скамейка была пуста.
- Робби, ты не видел Джека?! – окликнула Кейт одного из мальчишек. – Он был тут, я просила его подождать…
- А… - на лице мальчугана отразилось непонимание, но затем понятия «Джек» и «тот, высокий немой, что живёт через два дома» совместились в его сознании, и он радостно выпалил: - Так он вот сейчас нам навстречу попался, наверное, к океану пошёл… Там волны такие!
Не разделяя восторга детей по поводу шторма, Кейт пустилась бегом, надеясь догнать Джека, теперь двигающегося достаточно неторопливо, и вернуться с ним к машине до того, как разверзнутся хляби небесные, но то ли мальчишки неверно оценили время, не то Джек шёл не так уж медленно, она увидела его высокую фигуру только оказавшись на вершине лестницы, ведущей к пляжу.
Джек стоял у широкой полосы прибоя, сосредоточенно наблюдая, как вода набегает на его босые ноги, с каждым разом все глубже и глубже погружая его в песок.
- Дже-ек!!! – закричала Кейт и замахала руками в надежде, что он обернётся, увидит её, и ей не придётся спускаться за ним, но видимо, шум прибоя заглушал её голос, а может быть, Джек и слышал, но не счёл нужным обернуться.
Кейт осторожно спустилась по лестнице, сбросила туфли и, увязая в песке, уже покрывающемся мелкими кратерами от первых капель дождя, побежала к Джеку, продолжая звать его, но чем больше приближалась к нему, тем отчётливее понимала, что просто взять его за руку и увести домой не получится.
Она судорожно прижала к себе записную книжку, которую, как оказалось, взяла из машины, словно только её осязаемость, её реальность не давала ей потерять вновь возникшую, уже казалось навечно утерянную связь с Джеком, не давала забыть то, что так легко было забыть каждый день видя неподвижную маску, в которую превратилось его лицо – что человек, которого она знала и любила, никуда не исчез, не сдался, он был рядом все это время, он боролся, он ломал свою клетку день за днём, медленно, но верно, терпел боль, думая только о ней, надеясь только на то, что и она сдастся не слишком быстро.
Джек ни о чём её не спросит, он не сможет её упрекнуть, но это не значит, что она может и на этот раз оставить его без ответа, просто убедив себя в том, что если она не видит отражения чувств на его лице, значит, их нет совсем.
- Тонешь?.. – спросила она, повысив голос настолько, чтобы он мог расслышать её из-за шума прибоя. – Погода не слишком подходящая…
Джек зажмурился и запрокинул голову, подставляя лицо усиливающемуся дождю. Совсем как тогда, ночью, на Острове, возле обломков самолета, когда они вспоминали погибшего Чарли, вспоминали все, что произошло с ними, и точно как тогда Кейт подумала, что капли дождя текут по его лицу как слёзы, только тогда дождь казался оправданием и прикрытием для настоящих чувств, а сейчас наоборот…
- Прости…. Мне… мне временами так тяжело, что я забываю, как плохо тебе…
И словно бросаясь в холодный омут, не сделав паузы, чтобы не дать себе шанса солгать, промолчать, уклониться, Кейт выпалила:
– Я хотела тебя бросить.
Джек снова опустил голову и, не глядя на неё, протянул руку и несколько раз сжал и разжал пальцы: «Дай». Кейт растерянно оглянулась, не понимая, чего он хочет, и неуверенно вложила в его ладонь записную книжку, но когда Джек размахнулся, чтобы зашвырнуть её в волны, повисла на нём.
- Не смей!
Джек отступил неожиданно легко, оставив злосчастный блокнот с фразами, которые кричали только об одном – как сильно она ему нужна, поднял с земли кроссовки и зашагал прочь.
- Стой! - Кейт бросилась следом, пытаясь ухватить его за рукав, остановить, заставить посмотреть на неё, лихорадочно перебирая слова, в надежде найти то самое, что поможет объяснить, просто, коротко, так, чтобы Джек мог понять и простить её… снова.
Он резко выдернул свою руку, остановился, присел на корточки и начал что-то чертить на песке. Линии выходили прыгающие, неровные, половину смыла набежавшая волна, Джек качнулся и глухо застонал, прижав ладонь к виску но, чуть подвинувшись, опять начал писать.
«Я знал», - наполовину прочла его каракули, наполовину догадалась Кейт. – «Иди. Я буду…»
- Чёрта с два ты будешь в порядке! - взорвалась она. – Посмотри на себя… Господи, я думала… знала, что будет тяжело. Я всегда была готова к тому, что все в моей жизни идёт не так, как у нормальных людей, и даже больше… когда было трудно и больно – убегала, и только от тебя не могла убежать, как ни пыталась! И даже сейчас не могу, хотя это абсурд – выбирать между ребёнком и мужчиной, который даже не сумеет этому ребёнку обрадоваться!..
Словно вторя ей, над их головами прогремел раскат грома, Джек втянул голову в плечи, не то от грохота, не то от её жестоких слов.
Крупные капли зашлёпали по влажному песку чаще и чаще, обещая через минуту-две превратиться в сплошные нити, сшивающие небо с землёй.
- Поедем домой, - сдавленно пробормотала Кейт. Она намеренно старалась вызвать в себе ожесточение, но сердце сжималось так, что грань между терзаниями по утраченным возможностям и искалеченным мечтам и физическим страданием почти стёрлась, они перетекали друг в друга, и было никуда не деться от вины и боли грядущей утраты… что бы она ни выбрала.
Джек мотнул головой и сгрёб песок так, что слово ИДИ оказалось подчёркнутым жирной глубокой линией, и хлопнул ладонью рядом, словно ставя точку. Потом попытался встать, но земля словно качалась под его ногами, не давая удержать равновесие. Он взглянул на неё в упор снизу вверх, в его рассеянно – холодноватом взгляде ничего не изменилось, но Кейт слышала его тяжёлое дыхание, чувствовала что-то давящее, что приняла за надвигающийся приступ.
- О, нет, Джек, - почти простонала она. – Пожалуйста… только не сейчас… Пойдём отсюда!
Он шевельнул губами, пытаясь что-то сказать, Кейт даже догадывалась, что именно, но бросив резкое «Молчи!», стала помогать ему подняться с земли, молясь про себя о том, чтобы он не потерял сознание. Судя по всему, Джек уже плохо понимал, где находится, но рука его привычно легла на её плечо.
На лестнице он ухватился за перила, и Кейт, испугавшись, что немного придя в себя, Джек решит остаться на берегу, забормотала что-то о том, что надо вернуться домой, надо ещё подумать, надо решить что делать, не сгоряча, как они оба привыкли, а всё как следует взвесив, но Джек, судя по всему, определив для себя более интересный объект, чем она, продолжал идти рядом, глядя куда-то в сторону.
Когда в поле зрения из полупрозрачной пелены дождя проступили очертания их машины, Джек потянул её за руку чуть сильнее обычного, и Кейт посмотрела туда, куда был устремлён его взгляд. На стоянке за оградой парка кроме их «букашки» осталась только одна машина - серовато-стальной джип, в котором угадывались очертания мужской фигуры. Подведя Джека к передней правой двери машины и нашаривая в сумочке ключ, Кейт незаметно повернула зеркало заднего вида так, чтобы рассмотреть водителя джипа, и в одну секунду ей показалось, что насквозь промокшая одежда примерзает к телу – это был тот самый мужчина, что интересовался недвижимостью в районе, где жила Клер.
- Пристегнись и держись крепче, - прошептала она на ухо Джеку и, захлопнув за ним дверцу, спокойно обошла машину и села за руль.
Она понимала, что шансов почти нет. Ни на шоссе, ни на грунтовой дороге им не уйти от мощного джипа. Единственное, в чём их машина может, немного и выигрывает, хотя и в этом у неё были сомнения, так это в маневренности, но от путаницы городских кварталов, где у них была бы возможность затеряться, их отделяли полторы мили гладкого и прямого, как стрела, шоссе…
Поворачивая ключ в замке зажигания, она покосилась на джип. Через два стекла, замутнённых струями дождевой воды, было трудно что-либо разглядеть, но ей показалось, что потенциальный преследователь говорит по телефону.
На дорогу Кейт вырулила без лишней суетливости, чтобы человек в джипе не заподозрил, что раскрыт, и утопила педаль газа до самого пола, только заметив, что преследователь, отпустив их «букашку» на пару десятков метров, тоже тронулся с места.
Двигатель несчастной малолитражки отчаянно ревел, а джип, словно играя, то догонял их, то немного отпускал вперёд.
«Развлекается», - стиснув зубы в бессильной ярости, подумала Кейт, резко поворачивая руль, чтобы не дать джипу пристроиться в соседний ряд и оттеснить их на обочину. На мокрой дороге даже такой несложный манёвр становился смертельно опасным, и когда машину занесло, она услышала, как Джек со свистом втянул в себя воздух.
- Ничего…- пробормотала Кейт, с тревогой глядя в зеркало на хищную радиаторную решётку серебристого монстра, который снова словно увеличивался в размерах, заходя на вторую попытку. – Прорвёмся!
Но от резкого поворота руля машина пошла юзом, потеряв управление. Кейт попыталась затормозить, но стало только хуже – машину завертело так, словно они ехали не по мокрому асфальту, а по свежезалитому катку.
Последнее, что увидела Кейт до того, как встречный грузовик отшвырнул их с дороги, заставив машину несколько раз перевернуться и замереть, беспомощно и нелепо подставив дождю брюхо, это огромную тёмную тень с глазами, горящими как адские угли, несущуюся прямо на них.
Последнее, что она успела подумать – «Только бы ударило не по нему…»
Дальше был отчаянный крик «Джек, берегись!», глухой скрежет и тьма.

Добавлено (25.09.2009, 00:06)
---------------------------------------------
Водитель джипа ударил по тормозам и ошеломлённо выругался, наблюдая, как кувыркается по дороге маленький зелёный автомобильчик, превращаясь в бесформенную груду искорёженного металла. Всё произошедшее – удар, переворот через крышу, брызги воды и вылетевшего стекла, новый переворот, и ещё один, и ещё - заняло не более трёх секунд.
Удар был невероятно силён – капота у машины больше не было, двигатель вдавило в салон, крыша смялась, словно бумажная. Через узкую щель, в которую превратилось боковое окно, было видно что-то окровавленное, изломанное, лишь отдалённо похожее на человеческое тело.
- Неужели оба мертвы?… - пробормотал человек из джипа, нашаривая бинокль, лежащий на соседнем сиденье.
Тем временем, грузовик, по инерции проехавший ещё метров двадцать, остановился, и из кабины, с громкой бранью и обращениями к милости Господа одновременно, выскочил коренастый бородач в бейсболке.
- Ради всего святого… как же это… они же сами в меня врезались!… Не успел моргнуть – летят прямо на меня… а я с грузом! Вы видели?.. Ведь видели?.. – запричитал он, поравнявшись с джипом. – Вот дерьмо…
Увидев, что человек из джипа выходит из машины и направляется в сторону изувеченной малолитражки, бородач сообразил, что к чему, и потрусил в том же направлении, опережая предполагаемого свидетеля столкновения.
Встав на четвереньки, он заглянул внутрь через сплющенный и ощеренный осколками проём ветрового стекла и сдавленно застонал:
- О, чёрт… Парень покойник…
- Он там один? – нетерпеливо переспросил человек из джипа, которому, в отличие от дальнобойщика, свидетели были совсем не нужны.
- Девчонка ещё… - бородач чуть не плакал. - Господи, два трупа! Сэр, вы ведь скажете, что это несчастный случай? Сейчас полиция приедет, я сразу вызвал...
-Что это?! – человек из джипа предостерегающе поднял руку. – Бензином пахнет. Я отгоню машину подальше, не дай Бог рванёт… Да и ты бы, друг, свой груз поберёг...
Бородач долго посылал проклятия вслед исчезнувшему джипу, даже не представляя, как близок был к тому, чтобы стать третьим погибшим на этой дороге.

Первым, что ощутила Кейт, вынырнув из небытия, это легкое потрескивание металла и едкий тошнотворный запах разлившегося топлива. «Самолёт упал» - лениво подумала она. – «Надо снять наручники. Эдвард должен быть где-то рядом, ключ у него…»
Она слышала крики, словно доносящиеся откуда-то издалека, потом они приблизились, обрели конкретность, разделившись на два мужских голоса. Один трусливо повторял: «Рванёт, рванёт, не успеешь…», второй, видимо, выйдя из терпения, очень знакомо рычал: «Мать твою, не стой как столб, там моя жена! Помоги отжать эту штуку…»
«Надо бы помочь…», - отстранённо подумала Кейт, но перед глазами уже вставал в колеблющейся бирюзовой дымке Остров – великолепный и пугающий. Всё, что она когда-то пережила здесь, внезапно приблизилось, стало таким чётким и ярким, словно с воспоминаний сдернули плёнку, защищающую их от пыли – и страх, и сомнения, и радость обретения, и боль от того, чем в очередной раз обернулись лучшие намерения… И все линии сошлись в одной точке – самой важной, самой главной, вмещающей целую жизнь, от «Мисс, извините… умеете шить?» до «Мы должны вернуться!»…
Джек!...
Он был с ней в машине.
Что с ним?..
Что будет с их ребёнком?..
Остров качнулся и исчез, так же стремительно, как сжималась развёртка на стареньком телевизоре, который стоял в баре, где работала Дайана, когда Кейт была маленькой. Вместо него возник потолок – покачивающийся, покрытый серовато – жемчужной обшивкой. И голос Джека, слегка запинаясь, но достаточно резко отчитывал кого-то невидимого:
- Сколько миллиграммов ты ей ввел? Она женщина, а не лошадь!.. Я же тебе сказал о беременности! От трёх до шести недель…
- Успокойтесь, сэр! – отозвался этот кто-то. – Она стабильна. Дайте нам вас осмотреть… Можете пошевелить рукой?..
- Он скажет… что с ним все в порядке… - с улыбкой прошептала Кейт, поражаясь тому, в какой хрипловатый шелест превращаются её слова.
- Кейт!
- Сэр, не двигайтесь!.. Чёрт…
Первое, что она увидела, когда Джек склонился над ней – не кровь на его лице, шее, груди, не повисшую плетью руку, а глаза – оттаявшие, живые, полные беспокойства за неё и желания уберечь и успокоить.
- Кейт…

- … вот такие дела… - Хёрли нетерпеливо заёрзал на жалобно поскрипывающем под его весом высоком кухонном табурете, и глаза его стали хитрыми-хитрыми.
Клер сделала вид, что полностью поглощена перемешиванием салата, и минуты две оба молчали, испытывая терпение друг друга. Наконец, Клер рассмеялась и сделала вид, что собирается запустить в Хёрли ложкой:
- Давай, рассказывай, что ещё там у тебя!
- К… Карен прислала письмо! – громким таинственным шёпотом сообщил Хёрли, доставая из-за пазухи смятый лист бумаги.
Клер радостно взвизгнула:
- Где они сейчас?! Как Дж…
- Джереми, - с нажимом произнёс Хёрли. – Она пишет, что Джереми… вообще, на, прочти сама!
Клер выхватила из его рук простой линованный листочек из какого-то безликого дешёвого блокнота, каких продаётся несколько десятков тысяч по всему миру ежедневно, исписанный бисерным почерком Кейт – тонкая ниточка, связывающая близких людей ценой большого риска. Огромного риска.
- Я, вроде как… избавился от конверта, - пробормотал Хёрли, догадавшись, о чём она подумала. – Судя по штемпелю, они где-то на Фиджи…
«…скорее всего, к тому времени, как ты получишь это письмо, наш малыш уже родится, - писала Кейт. – Я чувствую себя отлично, но муж все равно волнуется. Впрочем, вы знаете Джереми – он только о своём здоровье никогда не переживает. Его левая рука всё ещё плохо слушается, но хромать он уже почти перестал и говорит уже совсем хорошо. Я постоянно напоминаю, что он, по сути, перенёс на ногах самый настоящий инсульт, и стоило бы немного сбавить темп, но кроме карт, азимутов и фрахтовки кораблей–вертолётов его сейчас волнует только рождение малыша. Я временами подтруниваю над ним, говорю, что появление ребёнка – всего лишь нежеланная отсрочка возвращения ТУДА. По правде сказать, мне, по большому счёту, все равно, раньше мы туда уедем или позже… и уедем ли вообще. Но для него это важно, а для меня важно быть с ним, куда бы он ни отправился. Так что… как только наш семейный доктор разрешит нам с малышом полёты-плавания, мы все вместе вернёмся… туда, где мы с ним встретились».

ВСЁ


Целых 3 года Джек Шепард (M. D.) /Модератор ролевой


Сообщение отредактировал Derek - Пятница, 25.09.2009, 00:04
 
Награды: 37  +
Guaharo Дата: Воскресенье, 22.11.2009, 19:20 | Сообщение # 6
Между строк
Группа: Свои
Сообщений: 1763
Репутация: 6089
Замечания: 0%
Статус: Offline

Derek, никакими словами не смогу передать тот восторг, который у меня вызывает твое Творчество. Именно Творчество , с большой буквы.
Каждый раз твой фанфики вызывают разные эмоции - то это радость и счастье за то, как у наших любимых джейтиков все хорошо... то это боль и слезы, из-за того, как же порой им обоим приходится несладко...

А этот фик совмещает 2 в 1: потому что видеть Джека таким слабыи и беспомощным (именно видеть, потому что у тебя так замечательно получается передавать характеры героев, что по неволе представляешь их, как на яву) - просто ужасно...А Кейт такая сильная и храбрая что диву даешься, как она смогла все это вынести.

Честно признаюсь - это мой самый-самый любимый фанфик. Да, несомненно, есть еще много твоих потрясающих вещей, других фикрайтеров...
Но это единственный фик, который буквально запал мне в душу. Спасибо тебе за него ОГРОМНОЕ flower flower flower

 
Награды: 1676  +
Derek Дата: Воскресенье, 22.11.2009, 19:46 | Сообщение # 7
Знает все тайны Острова
Группа: Свои
Сообщений: 2267
Репутация: 415
Замечания: 0%
Статус: Offline

Guaharo, спасибо большое! flower :flower: flower
Признаюсь - из моих работ эта - самая любимая, и каждый отзыв на неё переполняет меня безграничной радостью.

Целых 3 года Джек Шепард (M. D.) /Модератор ролевой
 
Награды: 37  +
AnastasiaLost Дата: Понедельник, 23.11.2009, 12:08 | Сообщение # 8
нежная
Группа: Свои
Сообщений: 1930
Репутация: 8538
Замечания: 0%
Статус: Offline

Derek, Это бесподобно, генеально, эмоцианально и трогательно!
Вместе с ними я переживала и плакала, вместе с ними надеялась на счастливый исход, и когда до читала до конца, испытала огромное количество эмоций, но главное я была счастлива вместе с ними!
Спасибо, за такой фанф! flower flower flower

cпроси!
 
Награды: 1408  +
Derek Дата: Среда, 25.11.2009, 21:04 | Сообщение # 9
Знает все тайны Острова
Группа: Свои
Сообщений: 2267
Репутация: 415
Замечания: 0%
Статус: Offline

AnastasiaLost, благодарю за отзыв oops oops oops
Целых 3 года Джек Шепард (M. D.) /Модератор ролевой
 
Награды: 37  +
Charisma Дата: Четверг, 07.01.2010, 14:17 | Сообщение # 10
Inhale
Группа: Свои
Сообщений: 1978
Репутация: 3070
Замечания: 20%
Статус: Offline

Derek, у меня даже нет слов! Слезы подойдут? Я сейчас сижу и как дурочка рыдаю. Все так трогательно! Бедная Кейт, столько пережить... Джек.. это ж ужас видеть его таким... Но самое лучшее - бэйби)
шикарный фанфик! куда подевался мой запас эпитетов???? вобщем мне очень понравилось, даже толком слов подобрать не могу...
flower flower flower flower flower flower flower

Jate Family
 
Награды: 382  +
Derek Дата: Воскресенье, 10.01.2010, 01:05 | Сообщение # 11
Знает все тайны Острова
Группа: Свои
Сообщений: 2267
Репутация: 415
Замечания: 0%
Статус: Offline

Charisma, спасибо огромное) flower
Целых 3 года Джек Шепард (M. D.) /Модератор ролевой
 
Награды: 37  +
ValeriyDiz Дата: Суббота, 11.02.2017, 12:50 | Сообщение # 12
На пляже
Группа: Пользователи
Сообщений: 21
Репутация: 0
Замечания: 0%
Статус: Offline

Совсем недавно я наткнулся на один сайт - http://kallistopt.ru/ - купить газовое оборудование и http://kallistopt.ru/ - купить газовое оборудование подчерпнул много нового для себя и был очень по теме купить газовое оборудование .

Добавлено (09.02.2017, 11:09)
---------------------------------------------
Совсем недавно я наткнулся на один сайт - http://kallistopt.ru/ - купить газовое оборудование и http://kallistopt.ru/ - купить котлы подчерпнул много нового для себя и был очень по теме купить котлы .

Добавлено (10.02.2017, 22:10)
---------------------------------------------
Совсем недавно я наткнулся на один сайт - http://kallistopt.ru/ - купить газовое оборудование и http://kallistopt.ru/ - купить котлы подчерпнул много нового для себя и был очень по теме купить газовое оборудование .

Добавлено (10.02.2017, 22:13)
---------------------------------------------
Совсем недавно я наткнулся на один сайт - http://kallistopt.ru/ - купить газовое оборудование и http://kallistopt.ru/ - купить газовое оборудование подчерпнул много нового для себя и был очень по теме купить газовое оборудование .

Добавлено (11.02.2017, 12:49)
---------------------------------------------
Совсем недавно я наткнулся на один сайт - http://kallistopt.ru/ - купить газовое оборудование и http://kallistopt.ru/ - купить газовое оборудование подчерпнул много нового для себя и был очень по теме купить котлы .

Добавлено (11.02.2017, 12:50)
---------------------------------------------
Совсем недавно я наткнулся на один сайт - http://kallistopt.ru/ - купить котлы и http://kallistopt.ru/ - купить газовое оборудование подчерпнул много нового для себя и был очень по теме купить котлы .


https://vk.com/hectep5
 
Награды: нет  +
Форум » Фан Раздел » Фан Фикшн » "Без маски" (джейт, миди (закончен); AU; драма; PG-13)
Страница 1 из 11
Поиск:
 
LOST-ABC.RU- Все используемые аудиовизуальные материалы, размещенные на сайте, являются собственностью их изготовителя (владельца прав) и охраняются законом. Эти материалы предназначены только для ознакомления!